Отрешенность, или Оттенок, предаваемый огню

На скользкой извечной дороге
В промозглости судного дня,
Калеки до боли убоги,
Смущая, встречают меня.
Смеются и плачут как дети,
Всё молят простить да помочь.
Как странны движения эти.
И слуху, и сердцу невмочь
Терпеть хрипловатые звуки,
В которых тоска ли, восторг.
Прозрачные бывшие руки
Собой застилают простор,
Где тучи почкуются в смоли,
А судный всё тянется день,
Покуда калекам в юдоли
Немая ответствует тень.