Хочу пожить средь давних дней,
Когда жива была Марина
И пела гимн Москве своей,
Ещё родной, ещё старинной…
Когда меланхоличный Блок
Читал так вкрадчиво и мерно…
И дома отчего порог
Ещё очищен был от скверны…
И именитый пращур мой*,
Вещатель огненной стихии,
Не изгнан был на брег чужой
Навек из матушки-России.
Когда творил Максимильан
В своём Эдеме-Коктебеле,
Где цвет искусства был собран,
И музы чудным хором пели.
И Гумилёв, и Мандельштам,
Анна Андреевна младая –
Все были живы, жили там,
Куда, метаясь и страдая,
Так рвётся в час иной душа!
Туда лечу во мраке ночи
На кончике карандаша,
Что худо, как всегда, заточен…
