Кем была я в жизнях давних — Знать боюсь иль не хочу: Возгоржусь былою славой Или насмерть огорчусь. Только знаю, что любила И любили так меня, Что до новой до могилы Хватит и того огня. Но терзает полузнанье И отводит благодать: Скрыты тайны мирозданья В дивном вещих снов мерцаньи… Некому …
Кем была я в жизнях давних — Знать боюсь иль не хочу: Возгоржусь былою славой Или насмерть огорчусь. Только знаю, что любила И любили так меня, Что до новой до могилы Хватит и того огня. Но терзает полузнанье И отводит благодать: Скрыты тайны мирозданья В дивном вещих снов мерцаньи… Некому …
— ты кто? — переворачиватель парасят — и в чем тебя смысл? — в парасякруговороте — а ты философ… 14.12.06 (с) миньки Юрия Тубольцева, http://u-too.narod.ru
— ты кто? — переворачиватель парасят — и в чем тебя смысл? — в парасякруговороте — а ты философ… 14.12.06 (с) миньки Юрия Тубольцева, http://u-too.narod.ru
— я решил переписать свою жизнь — ты опять напишешь самого себя — нет, я буду списывать со своего любимого романа — жизнь невозможно списать, ее пишешь не ты один — нет, все зависит от меня — ты бы еще сказал, все зависит от ручки… 14.12.06 (с) миньки Юрия Тубольцева, …
— я решил переписать свою жизнь — ты опять напишешь самого себя — нет, я буду списывать со своего любимого романа — жизнь невозможно списать, ее пишешь не ты один — нет, все зависит от меня — ты бы еще сказал, все зависит от ручки… 14.12.06 (с) миньки Юрия Тубольцева, …
У снега голос – с хрипотцой Под сапогом «первопроходца». Всё сыпят сахарной пыльцой Небес бездонные колодцы, Бесцельно сея кружева По цепенеющим столицам; Где цедят цепкие слова Пунцовые, с мороза лица, Где разлучают без конца Влюбленных сонные трамваи. Но всё надеются сердца, Что не прервётся кольцевая.
У снега голос – с хрипотцой Под сапогом «первопроходца». Всё сыпят сахарной пыльцой Небес бездонные колодцы, Бесцельно сея кружева По цепенеющим столицам; Где цедят цепкие слова Пунцовые, с мороза лица. Где разлучают без конца Влюбленных сонные трамваи. Но всё надеются сердца, Что не прервётся кольцевая.
По бархатному платью черной ночи Метались искры, веером взлетая! Сжигали чувства на костре — пылая, Сгорали предсказания пророчеств. Огонь внутри — мучительно настойчив, Когда взаимностью пренебрегая, Вдруг разожжет желание другая, А ты любить не можешь и не хочешь. Но не шути со мной — чревато это! Ожоги в пламени самообмана …
По бархатному платью черной ночи Метались искры, веером взлетая! Сгорали чувства на костре, пылая, И обращали в пепел смысл пророчеств. Огонь внутри — мучительно настойчив, Когда взаимностью пренебрегая, Вдруг разожжет желание другая, А ты любить не можешь и не хочешь. Но не шути со мной — чревато это! Ожоги в …