Мрачной печалью небо, Звёздами, душу лечит И расставляет невод, Нашей тропе навстречу. Только в одной пустыне, Где нет песка и ветра, Мир, одинок отныне, И существует в этом. Припев: Но нас там нет пока, Мы тянем жизни миг, И долгая тоска, Вдруг, превратится в крик. Силы уходят в землю, Мы …
За стон, ответит сильный, За боль, ответит прах, И твой парфюм могильный, Так сладок на губах… За горизонтом смерти, За тайной тишины, Ты отпускаешь время, Реальность и мечты… Припев: Голод духа, власть желаний, Мир иллюзий и страстей, Мне назначили свиданье, Быть своим среди людей… Я, на Землю, не просился… Вы …
Осенняя прохлада дурманит и пьянит. Мне ничего не надо, Когда душа молчит. Осенних листьев шорох смахнет печаль с лица. Мне мало кто так дорог — До самого конца. И юности мятежной не жаль мне, Лишь чуть-чуть… Ты улыбнуться маме, в дорогу, не забудь.
Осенняя прохлада дурманит и пьянит. Мне ничего не надо, Когда душа молчит. Осенних листьев шорох смахнет печаль с лица. Мне мало кто так дорог — До самого конца. И юности мятежной не жаль мне, Лишь чуть-чуть… Ты улыбнуться маме, в дорогу, не забудь.
Для меня слово «Нормандия» всегда имело мистическое значение. При его упоминании захватывало дух, и рождались средневековые образы: носы драккаров резали заросшие травой берега Сены, гордый Роберт-Дьявол передавал престол восьмилетнему незаконнорожденному сыну Вильгельму, юная всадница в серебряных доспехах звала народ восстать и спасти отечество от оккупантов, с которыми, казалось, все успели …
Тамара была молодой цветущей женщиной едва перешагнувшей за сорок. Она все время улыбалась – я не помню, чтобы у нее когда-нибудь было хмурое или потерянное лицо. А ведь жизнь ее совсем не баловала: в двадцать три она вышла замуж, родила сына, но вскоре разошлась и до тридцати восьми воспитывала Кирилла …
Облака, облака… То как сахарна вата: Очень сладки на вид и слегка розоваты. А порой, словно перья, длинны и ребристы И «черкают собой по твердыне лучистой»… Иногда, в завихренье, несутся куда-то, Словно рыбий косяк от акулок зубастых. А затем, зависая в полёте орлами, Наблюдают с Небес за природой и нами. …
Облака, облака… То как сахарна вата Очень сладки на вид и следка розоваты. А порой, словно перья, длинны и ребристы И черкают собой по твердыне лучистой. Иногда, в завихренье, несутся куда-то, Словно рыбий косяк от акулок зубастых. А затем, зависая в полёте орлами, Наблюдают с Небес за природой и нами. …
Обширный мусорный могильник «благоухал» своими обычными «ароматами», пестрел разноцветными пятнами в лучах встающего из-за безобразных нагромождений солнца. Местный народец лениво подтягивался к свежим кучам, привезенными мусоровозами за прошедшую ночь… Уцелевшая стеклянная посуда, алюминиевые банки, сносная одежонка да ставшие кому-то ненужными обиходные вещицы… Отыскав нечто из данного перечня, контингент бомжей, выпивох …
Над рекою туманы, что бредни — ловят отклики птичьих голос. Не тревожа уснувшие тени, укрывают березы погост. Вдоль по берегу вётлы на спицах Крик вороний вплетают в покой И обрывками серого ситца Тихо небо плывет над рекой. У знакомой и ветхой сторожки Караулю подросших галчат, Рассыпаю завидные крошки. Милый мой, …