День: <span>14.03.2006</span>


Кокон лета

Как странно вместе быть, как странно Снимать весной вторую раму, А в осень возвращать опять, Как будто ставится печать На время летних впечатлений. И засыпаются ступени, Ведущие к волне морской, Холодной снежною крупой. Как странно видеть, но не слышать, Как крыльями шуршат над крышей Те, кто возносят голоса Под небеса…

Тихо в городе моем

Тихо в городе моем, Дремлет зимняя природа. Что пробудится потом, Вместе с песней ледохода? Шапки теплые снегов На домах и на деревьях Навевают сны без слов. Спят в своих берлогах звери. Люди спят и все кругом. Только звезды тихо светят В белом городе моем, Где живут цветы и дети.

Лето в Важезере

Говорливое, спелое небо Так знакомо июльским дождем. Сено убрано в стоги и хлевы, Да и мы уже с поля идем. На плечах наших грабли и вилы, По-монашьи завязан платок. Нынче хлынет к утру что есть силы: На Казанскую самый тот срок. Слышен колокол монастырский. Вот и батюшка в церковь пошел. …

Всё прошло…

Ты не боялась быть смешной В чужих глазах. И осужденье Тогда утратило значенье. Ты не всегда была такой, Теперь ты снова стала прежней. Мне не хватает тех речей, Что пылко ты произносила. Ведь ты меня тогда любила, Я светом был твоих очей… Но всё прошло и ты забыла.

Не спрашивай ни о чём

∞ Не спрашивай ни о чём, ничего не проси, И достанется то, что отпущено свыше. На моей богоданной избяной Руси Купола под деревьями, но над крышами, Словно райские птахи: крыльев размах Голубеет немыслимой чистотою, И гнездится дух в прощённых словах, Ну а выпрошенное ничего не стоит.

Война

Война — жестокая и злая дама, Рождённая когда-то человеком, Ступая по земле смыкает веки СынАм своим, воителям упрямым. Не молоком вскормила — свежей кровью, Калечила их души и тела… Исчезнет солнца свет, ночная мгла, Друзья, враги… Все рАвны пред тобою…

Гроза

В коленках дрожь и голос как при гриппе. Гроза. Через минуты две вода польет из туч. Я пью вино и комкаюсь на стуле. Прохладно. Как в сезон метель и стуж. Что колокол на пароходной церкви, Надулась юбка, укрывая тканью мокрый стул. Капелью брызги бьются. Дробью мелкой, Тоску вгоняют в поля …

Лильчок и Море (продолжение)

… Хоронить Редактора пришли все – друзья, коллеги, ученики, нахлебники, подхалимы, лизоблюды, сонные чиновники, веселые оппозиционеры, соломенные вдовы, нерожденные наследники… Были и те, кто его любил… У надгробья, исполненного по эскизу Голого Гения, вещали мудро и ответственно. С особым чувством – коллеги и чиновники. Их монологи Редактор мужественно вытерпел, даже …

Но есть чудесная обитель

*** Но есть чудесная обитель, Где воздух чист и дух высок, И непривычный слуху слог – Всего лишь навсего эпитет. Все прилагаемо к Тому, Чьи заповеди непреложны. Здесь ясно дерзкому уму, Как сказанное стало ложью. И только здесь по вечерам Едины озеро и небо, И усмиряются ветра, И утром выпекают …