Меня сразу несколько: Четверо, трое, двое. Я тобою Раздвоен, расстроен, расчетверен. Лучше быть четвертованным, Чем терпеть такое. Баобабом расколотым Легче стать в бурелом. Бильярдным шаром По планете метаться. Я как Гамлет раздвоен: — Быть иль не быть? — Я как тело и пепел Во время кремации. Я раздвоен как воин …
Нас занесло на севера, От всех условностей далёко, И переменчивым ветрам Я подставляю обе щеки. Мелькают чахлые кусты По обе стороны дороги. Здесь в колыбели мерзлоты Восторг соседствует с тревогой.
*** Завечерело. Движется пол от взгляда: Глаза устали. *** Смотрю на клинок: Лезвие совершенно. В моей душе мир. *** Сделали дело Кинжалы разящих слов: Любовь умерла. *** Собраны сумки: Вновь позвала дорога Сердце бродяги. *** След разошелся Рябью по водной глади: Утка взлетела. *** Истина проста: Нет у мужчин души, …
Даже ты не поймешь, даже ты не поймешь моих слов, Даже ты в свое сердце захлопнешь чугунную дверь. Словно пряди волос, словно пряди волос всех цветов, По лицу заскользят миллионы грядущих потерь. Пара строк на листах, пара строк на страницах бумажных (То ли просто рябит, то ли сердце заходится зря) …
Ночь. Окно без штор. Она лежит напротив окна («Боже! Как это банально…», — подумает читатель. — Но тем не менее именно ОНА — и совсем не важно, Оля это, Катя или Даша, — лежит — и ничего с этим не поделаешь.) и смотрит на мутное стекло. Сегодня не видно ни …
Ночь. Окно без штор. Она лежит напротив окна («Боже! Как это банально…», — подумает читатель. — Но тем не менее именно ОНА — и совсем не важно, Оля это, Катя или Даша, — лежит — и ничего с этим не поделаешь.) и смотрит на мутное стекло. Сегодня не видно ни …
Согрели тёплые лучи Весною снежные сугробы. И потекли, резвясь, ручьи, Спеша умыть водой природу. Расколот лёд движеньем рек, И зелень первая проталин Пробилась сквозь набухший снег На свет, навстречу синей дали. Сверкает солнце в вышине, Мир полон музыкой капели, И, предвещая о весне, Поёт скворец нам звонко трели.
Стихи уже не пишу — Я только во сне их вижу. Грустит нотрдамский шут В весеннем своем Париже. Мне больше не петь, как встарь, Коронных своих шансонов. Под утро погас фонарь В тиши предрассветно-сонной. Но дыма не перебить Цветеньем сирени буйной. Есть повод плакать и пить: На площади жгут колдунью! …
Тик-так, тики-так, тик-так, тики-так… Бежит серебро стрелки по чёрному небу циферблата. Тик-так, тики-так… Подёргивается время в такт часам. В глазах сухо и липко, и больно, если закрыть их. Лучше не закрывать – смотреть, лежа полу на боку, полу на спине. Тик-так, тики-так… Отражает луну полированная сталь часового браслета на книжной …
Тик-так, тики-так, тик-так, тики-так… Бежит серебро стрелки по чёрному небу циферблата. Тик-так, тики-так… Подёргивается время в такт часам. В глазах сухо и липко, и больно, если закрыть их. Лучше не закрывать – смотреть, лежа полу на боку, полу на спине. Тик-так, тики-так… Отражает луну полированная сталь часового браслета на книжной …