*** Изволите Вы, сударь, сказками судачить: Россию прославлять и дифирамбы петь, Но вот забыли вы, однако, что было до неё – Кто создавал ту речь, какой глаголить ты изволишь, Не ведая и толики того, кто был монгол, татарин, немец тоже, И почему наш предок гнал его. Ты уцепился за последок …
*** Какой ты странный – не понять тебя: в сумбуре мыслей словом истекаешь, но, в речах и ответах, вновь страдаешь – сомнений кутерьма в твоих мозгах. Боишься трубку взять и сам ты редко звонишь, но… рад услышать голос звонкий мой. Абсурдом, жизнь опять изводишь, и мыслью нарушаешь мой покой. Ты …
*** Хочу понять признания. Но мозг мой, не желая быть в рассудстве, понять не может действий Ваших. И руки, шаловливо тянутся к бедру, в надежде Вас приблизить к собственному телу. Но как? Смущённо, Вы, всё сторонитесь нас. Зачем же слово молвите и шуткой, желаете… Унизеть нас хотите? Ну, не-е-т… Я …
* В зале овальном – городе дальнем, Важный житель страны, Пыхтя и вздыхая, сопя и лаская, Волосы чьи-то. Штаны… Тихо сползали и оголяли, тайные части. Мечты… В мыслях всплывали и возбуждали; Законы уже не важны! Не до народа, не до работы – Заняты мысли его. Только одни лишь, эти заботы, …
Я стану жирным, безобразным, седым ужасно, не прекрасным, опасным страшно, может быть – ведущим старческую жизнь; маразм в сознании и быль уж превратится в мрак кромешный – «ребёнком» стану, но не внешне, морщины лик избороздят, а голос – скрип, как старых досок – рассохнувшихся половиц и, хуй, не прежний – …
*** Как жаль, Что мы не помним наших предков; Стыдимся прадедом родным, И лишь, сварливая соседка, надоедает говором своим. Предатель, недруг, варвар… Иль фашист проклятый, – Не думая – держа на сердце зло, Она, с похмелья, страшным перегаром, Клеймит в округе всех, без всяких мудрых слов! А в чём тут …
*** Раз, вместе сели у огня – Старик и юные созданья: Вещал он внукам в назиданье, Как, кто-то, мир наш воссоздал И дух, вовеки, жизни дал. *** Так вот… *** Эксперимента жаждой страсти И волею желанной власти, Всевышний бездну сокрушил И мир иной создать решил. До этого, был мрак кромешный …
ты знаешь, этот тихий вечер луна, блестящая во тьме и лунный лучик, что при встрече, всегда подмигивает мне… всё это кажется мне тайной, закрытой тысячью замков и даже звёздное мерцанье не успокоит сердца зов… а я прошу, а я мечтаю о статном принце на коне, в котором я любовь узнаю; …
Старый холст, уснувший на стене, Не рожденному, уже был близок мне: Видно матери, любившей тот пейзаж, Он украдкой пробирался за корсаж. Театр действий нашу жизнь вершил, Холст ей декорацией служил, А спектакль взволнованно звучал И свидетеля в углу не замечал. Тяжелела рама над гвоздем, Будто намокала под дождем, И тускнели …
Прислушайтесь к шагам отлива. Они звучат неторопливо, Играя галькой по ночам В потоке лунного ручья. Волны серебряные сколы Ласкают бережно песок, А тьма, что бархатом тяжелым Легла на дальний огонёк, Хранит величие молчанья. Лишь парус – вестник ожиданья, Приливом бредит до утра. Идёт на выигрыш игра.