Я сегодня решила устроить стриптиз… Освежить, так сказать, нам свиданье. Поудобнее в кресло, любимый, садись, — Мое тело томиться желаньем. Звуки блюза здесь будут уместны вполне, В полумраке сокрыта тайна, И стыдливость осталась в испитом вине, — Запотевшем бокале хрустальном. Заскользил по плечу бирюзовый шелк, Я отброшу его ногой. Ты …
Куда ведёт тебя дорога , Россия бедная моя ? Страданий разных очень много Преподнесла тебе судьба . Разруха , голод и расправы Лежали на твоём пути . Шаги истории кровавы … К чему же ты должна прийти ? Куда ты приведёшь несмело Своих беспомощных детей ? Когда ты вырвешь своё …
Сколько раз ты говорил себе: \»Все, это уже перевернутая страница\». Не помнишь? А я помню! Так тебе было проще, проще жить, проще убедить себя, закрыть глаза на вещи, на которые закрывать глаза не стоило… Ты помнишь, как все это начиналось? Нет? Или не хочешь? Что ж, я напомню… Школа. Первый …
Он улетал. Последний вечер вместе. Он по обыкновению был разговорчив, рассказывал очередную бесконечную историю из своей жизни, которых у него было припасено великое множество на все случаи. Она принимала посильное участие в разговоре (если это можно было назвать разговором), скорее их беседа смахивала на бесконечный монолог, прерываемый лишь изредка, когда …
Он улетал. Последний вечер вместе. Он по обыкновению был разговорчив, рассказывал очередную бесконечную историю из своей жизни, которых у него было припасено великое множество на все случаи. Она принимала посильное участие в разговоре (если это можно было назвать разговором), скорее их беседа смахивала на бесконечный монолог, прерываемый лишь изредка, когда …
На сердце тепло и смутно От стонущих криков птиц, Таинственно и уютно Туман над землёй повис, А за туманом море Венчает гирлянды рек, И здесь и за морем горе И радость стремят свой бег, Но где-то за горизонтом Сливается всё в одном, За Стиксом, за Ахеронтом, В местах, куда все …
В сознанье врезавшийся вой, Пронзительный и необъятный, Он словно гулкое мгновенье – пробужденье… Не то прошедшее давно, Вчерашним вечером забвенье, Не мрачной пеленой покрытый монитор, А славное до ужаса мгновенье, Когда все безо всякого стыда оголено, Когда черта казавшаяся вечной, Вдруг стерта, испарился белый мел. Когда на грани сна и …
— ну где же оооон… — нетерпеливо и с противной нотой в голосе протянул Йаа. Второй лишь взглянул на часы. Они не врали. Никогда. А Слонн в это время уже завернул за угол. Видимо направился в мясную лавку за отличным французским хлебом. Так было всегда. Или почти всегда… по крайней …
— ну где же оооон… — нетерпеливо и с противной нотой в голосе протянул Йаа. Второй лишь взглянул на часы. Они не врали. Никогда. А Слонн в это время уже завернул за угол. Видимо направился в мясную лавку за отличным французским хлебом. Так было всегда. Или почти всегда… по крайней …
Тетрадка. Ручка. Стол. Будильник. Настольной лампы свет родильный. Глухой стук пульса под ушами. Слова в строку впаяв насильно, прислушаюсь; мой мир тишайший. Прислушаюсь, сквозь стену взглядом пройду. Пусть расплывется старых обоев несколько пространный рисунок. И пусть где-то рядом грохочут ходиков удары. Грохочут ходики; диктовка размера, темпа, рифмы, шага. Глядишь, и …