«Ну ни хрена ж себе!» — неожиданно громкое ругательство запеклось на рябиновых губах учительницы английского языка Марьи Ильиничны. Спохватившаяся ручка машинально прикрыла пухлый ротик. Вот они, последствия таскания по мелкооптовкам, а по большому счету, такой грубой и пошлой провинциальной жизни. Оттянув тяжелые сумки от кассы, Ильинична пристрастно изучала цифры в …
«Ну ни хрена ж себе!» — неожиданно громкое ругательство запеклось на рябиновых губах учительницы английского языка Марьи Ильиничны. Спохватившаяся ручка машинально прикрыла пухлый ротик. Вот они, последствия таскания по мелкооптовкам, а по большому счету, такой грубой и пошлой провинциальной жизни. Оттянув тяжелые сумки от кассы, Ильинична пристрастно изучала цифры в …
С радостным предвкушением включил Олег Петрович вечерний телевизор. Мельтешение рекламы не раздражало. Наоборот, хватило времени собрать на журнальный столик вишневую наливку, одинокую рюмку, сигареты, зажигалку и пепельницу. Наконец, под призывную мелодию заставки он разнеженно опустился в велюровое кресло под торшером. Чемпионат мира по фигурному катанию. Время позднее, жена осталась в …
* * * Беатрис… Незнакомка, незнанка… Ты откуда, ты где, Беатрис? Герцогиня из старого замка, Сорванец-травести из актрис? Это имя пришло ниоткуда, Как пророчество, как колдовство. Я `по-прежнему верую в чудо И любовь для меня – Божество. Ну, а если ты вправду – актриса, Что ж, — твой выход, пора, …
Хвала египетскому богу с собачьей головой, Шницель перестал делать лужи в квартире! Наконец-то у меня благовоспитанная собака. Но вот где-то после полугода стал я замечать за ним странности. Сперва он несмело выяснял отношения с диванной подушкой, подминая ее под себя. А вскоре стал частенько обхватывать передними лапами мою ногу и …
* * * Беатрис… Незнакомка, незнанка… Ты откуда, ты где, Беатрис? Герцогиня из старого замка, Сорванец-травести из актрис? Это имя пришло ниоткуда, Как пророчество, как колдовство. Я `по-прежнему верую в чудо И любовь для меня – Божество. Ну, а если ты вправду – актриса, Что ж, — твой выход, пора, …
Сегодня у Шницеля День рождения. Пять лет. Ну конечно, я помню тот день, когда нашел его на помойке. Он копошился в мусорном баке, как шелудивые руки бомжа, и попискивал, слепо ища, чего бы соснуть. Двор обволакивал вечерний душный август, гнило-овощные ароматы отходов большого города перебивались едким дымом из соседнего бака, …
У нас во дворе завелись щенки. Маленькие такие, один серый, другой белый, третий палевый с черным чепраком. Холодно-металлические ракушки посреди неухоженного двора жмутся к бойлерной. Там, в узком проходе, заваленном снегом, отброшенным от гаражных ворот, какая-то добрая душа соорудила им будку из картонных коробок. Мамка у щенков не ахти: рыжая, …
(Московско-сочинская фантазия в стиле рококо) Большие глаза цвета молодых побегов можжевельника, а может и кофе со сливками, длинные и совсем не загнутые по забывчивости природы ресницы, налитые вишневым соком губы и нос Нефертити. Остальные детали портрета оставляю на воображение читателя, сообразуясь с его собственными представлениями об идеале. Позволю себе только …
«Унылая пора, очей очарованье!»… Строку вторую вспомнить нам не по уму… Простуженный денек лишился упованья На негу и тепло – понятно по всему. Всю синь заволокло тяжелым покрывалом… Усталый день прилег поверх него – вздремнуть… Лишь брызнет дождь – и вот: кругом грязцы – навалом, Смотри – не утони, ищи …