Я беден, люди, страшно беден…

В безумство словно в плащ одет
Смотрю в бушующую реку,
Пытаюсь в ней найти ответ:
Что в жизни нужно человеку?

Сверкает лютостью гроза,
Терзает поле за рекою,
А по щеке бежит слеза,
И сердце мучит злое горе.

Мутны и серы небеса,
Но и мой взгляд, увы, не блещет…
Хлестает по ногам вода,
А дождик укрывает на плечи.

Я беден. Страшно… Жутко беден.
Я жизнь свою спустил за час,
И от того мой лик так бледен,
И от того мой свет угас…

Я был богат как Крез, поверьте:
Шикарный дом, обширный сад,
Мой личный герб на всех конвертах,
Мне каждый услужить был рад…

Банкнотами топил камины,
Затем топил себя в вине,
Ходил на тетки именины,
Дарил подарки ребятне.

Гулял с прекрасною «мамзелью» —
Зазнобой всех друзей-повес,
Страдал особой (знатной!) ленью,
И в каждый спор зачем-то лез.

Я был примером. Всем известен,
Боготворим, богат, любим,
Для той толпы безумно честен,
За все проступки лишь журим.

Я был влюблен (чуть-чуть скучая),
Но ничего не отдавал,
Взамен от дамы получая,
О чем другой бы лишь мечтал.

Все дни сменялись каруселью,
Я их уже не различал,
Но вот пришел конец веселью,
И страшный судный день настал.

Привычно я пришел с гулянки,
Уставший сел за край стола…
С усердием недавной пьянки,
Болью терзалась голова…

Перебирая приглашенья,
Я вдруг услышал тихий скрип —
Не испросивши разрешенья,
Мне гостья нанесла визит.

Чуть робкий взгляд, чуть хриплый голос,
Сконфуженный и милый вид.
И в свете ламп волнистый волос,
Что золотом огня горит.

Девчонка что-то бормотала,
А я смотрел в ее глаза,
И магией меня пленяла
Их глубина и бирюза…

Девчушка забрела случайно,
Она искала друга дом,
Но, позабылась за мечтаньем,
И очутилась, вдруг, в моем.

Судьба ли? Рок ли? Кто виновен?
Но жизнь спустили с прежних рельс,
Я стал к ней странно непригоден,
Как пыль, с меня смахнули спесь.

Я жил от встречи до прощанья,
А после словно умирал,
И в смерти этой, в ожиданьи
Часы-минуты коротал.

Трепет ресниц, не очень пышных,
Лукавый, со смешинкой взгляд,
И в лунном свете серебрится
Осенний вязов листопад…

Зимой успели обручиться
Я счастлив был, как и она,
Но радости так трудно длиться —
На смену ей пришла беда.

Дуэли часты у повесы,
И я их с честью принимал,
В них числился тяжеловесом
И с шуткою воспринимал.

Но в этот раз перепугался
За нас двоих и за нее,
Я ей в дуэли не признался,
И странный взгляд ловил ее.

Нагрянул день возможной смерти,
Я ждал соперника с утра,
У вязов в парке, с секундантом,
Вокруг летала мошкара.

Мой враг не шел. Прошло два чАса.
И я решил идти к нему.
Пришел. Сказали: «сэр в постели»…
И в ней увидел я жену…

Сказать, что зол был, стало б ложью,
Я был до крайности взбешен,
Мое лицо сводило дрожью…
Еще я был вооружен.

Стрелять не стал. Я просто вышел.
Услышал крики, беготню,
Мелькнуло что-то возле крыши,
Прислуги вызвав суету.

В небесном платье на карнизе
Стояла женщина моя,
Мой светоч в одинокой жизни,
Та, что была мне дорога.

Забыты ссора и обида,
Забыт паршивый дуэлянт,
Но трудно, сделав шаг с карниза,
Вернуться, отступив назад.

Прелюбодея застрелил я
И, оплатив огромный штраф,
Вернулся в старое поместья,
Ведь граф же или не граф?

Зажил как прежде, подражая
Тем временам, когда один,
Кутя и время прожигая,
Лишь сам себе был господин.

Но злился каждую минуту,
И на себя и на нее,
Искал, искал в ее проступке,
Что оправдало бы ее.

Но как-то раз явился парень,
Был с ней лицом до крика схож,
Письмо жены он мне оставил
И молча удалился прочь.

Дрожа и сердцем замирая,
Стоял, читая я письмо.
Из строчек на меня взирало
Ее любимое лицо.

«Мой друг, мне жаль, что так случилось,
Как зря, Вы не открылись мне,
Дуэли вовсе не игрушка,
Дуэли — спутницы зиме

Что наступает неотвратно,
Когда мы видим смерти лик,
И раздается так внезапно
Последний, наш предсмертный, крик.

Любовь моя чужда гордыни,
Дуэль смогу предотвратить.
Жаль, я мечтала так о сыне…
Надеюсь, сможешь ты простить…»

Простить? Как глупо, как наивно!
Иначе можно все решить!
И поступился я б гордыней
И смог соперника простить!

Семья осталась бы счастливой,
И целой… Глупо, глупо, вздор!
Так неужели ради милой,
Не пережил бы я на позор?

Какая малость стала костью,
Что встала горлу поперек,
Как зря я повстречал ту гостью,
Ее я уберечь не смог.

Глупец, ведь мог же разобраться,
Не развернуться, не уйти,
Не в мыслях злобных затеряться,
А брак, любовь, семью спасти…

Живу как прежде среди злата,
Каменьев, шелка и парчи,
Сжигаю новые банкноты,
Ко мне заходят богачи…

Я беден. Люди… Страшно беден.
Я жизнь свою спустил за час,
И от того мой лик так бледен,
И от того мой свет угас…