О, милый край! Вот и вернулся он,
Царь Агамемнон из-под Трои.
Минуло столько лет, как страшный сон,
И многие погибли уж герои.
Встречай жена, встречай ты, милый сын,
Орест прекрасный, вот пришёл отец…
Любим ли он своей семьёй, любим,
Или забыт он всеми, наконец?
Вот сын царя встречает, горячи
Объятья сына, царь великий плачет,
И льются слёзы, будто бы ручьи,
А, как же может быть иначе?
«Отец! Мне надо столько бы сказать! —
Орест царю тихонько так твердит, —
О, ты приехал ты, что ещё желать?
Как же твой взгляд отвагою горит!».
Вот и супруга… нет, не так любил
Её давно он, юностью пылая,
Когда её он быстро соблазнил,
Её горячих ласк в ночи желая.
В походе он ласкал прекрасных дев,
Кассандру дивную сжимали руки…
Как жаль, как жаль, шептал души напев,
Что вид супруги причиняет муки!
Морщинами покрылась ведь она.
Суровый взгляд, не тот, что раньше был.
Не стала ли жена его полна?
Её фигуру он почти забыл!
Обнять при встрече царь хотел жену,
Но он не смог, Кассандру вспомнив.
Жаль, не жена она ему!
Он ночи с ней прекрасно помнил.
И царь ушёл помыться, и велел
Себе он ванну слугам приготовить.
Но смерти бог ему, видно, хотел
Судьбу другую в те дни уготовить.
Жена его, любовника подбив,
Кинжалом в ванной заколоть велела.
Так умер Агамемнон, не испив
Вина домашнего. Ореста кровь кипела.
Сын матери поклялся отомстить.
Он ждал отца! Как мать его посмела!
Он матери своей не смог простить,
Кровавое, ужаснейшее дело.
