Воскресенье
Шёлковый ветер запутался в розе волос
И немота перевязана тёмными днями
Лица из новых романов как крылья стрекоз
В золоте воска плывут соблазнившись огнями
Страх отгоняет от зла прежде мутной воды
Лучше немногое с правдой, чем ангел жестокий
Всякое время притупит живые следы
Синим плащом на пути открывая дороги
Брежу душою как профиль на белом окне
В ветхой руке виден смех составителя книги
Всё суета, и как мусор сгорает в огне
Слово – как гвозди, как вбитые иглы и блики.
В комнате две тишины проходящие тень
Глупый воскресный коллаж разделяют багетом
Кто-то стирает с палитры ещё один день
Между живыми и спящими нынешним летом.
* * *
Туман
Льёт туман седьмой репейник ночи
Луч ползёт сквозь паутину рук
Между нами ветер многоточий
И свечою вычеркнутый круг.
Дни сравнимы с горьким шоколадом
В глубине протянутых шагов
Как цветы склоняются над садом
Пятна разноцветных облаков
И скользят по синей фреске неба
Над горой и лезвием реки
И людьми уже наполнен невод
И слова в блужданиях легки
Сладок свет как путь чужой печали
Всем – одно основа из основ
Даже то, что виделось вначале
Всё лишь тайна умерших цветов
И плывёт не ведая признанья
К берегам покинутым для нас
Маленький кораблик без названья
Чёрной точкой выгоревших глаз.
* * *
Акварельный закат
Акварельный закат время выцветших воспоминаний
Наш удел – белый день ветер с запахом бронзовых вин
И сквозь пальцы проходят порывы твоих очертаний
Или тень в кракелюре пожухлых и пыльных картин
Застеклённые рыбы глазами последних прохожих
Где-то в области сна расшифруют мои дневники
И четыре лица вдруг исполнятся чем-то похожих
На гравюру весны в коридорах знакомой тоски
Мастихином пройдут времена над латинским кварталом
В одинокой фигуре забывшей где выдох где вход
И блестят фонари в полутон над старинным порталом
И надежда с небес слаще мёда и краденных вод.
А картинам дано сотни лет пролежать под диваном
В паутине останется скрытой пригоршня огня
Акварельный закат наполняет нас новым обманом
И растаявший снег с головой укрывает меня
* * *
Тень
На фиолетовой траве
Зелёной тенью дальних стран
Стоит поверженный корвет
Приют бездомных обезьян
Легендой сотканный скелет
Лесные птицы берегут
И в землю вросший силуэт
И крики в темноте кают
Над ним проклятия рука
Играет рифмой маеты
Но безразличны облака
И переменчивы мечты
Удачи гордые огни
Не освещают путь домой
Пусты насмешливые дни
Над развалившейся кормой
И лишь во сне он полон сил
И одноногий капитан
Сквозь толщу лет и вечный штиль
Упрямо рвётся в океан
И режет цепи острый киль
Мешая волны за бортом
И он один на тыщу миль
В лесу пустынном и ночном
А люди те же корабли
И каждый со своей судьбой.
Куда нас тянет от земли?
В какой желанный непокой?
* * *
Свиток
Я тянусь в синий яблочный день
Не держась за двумя голосами
На небесном подносе сирень
И фиалки с больными глазами
Вот лимонная корка луны
Натюрмортом голландского лета
Показалась на гребне волны
В тишине бирюзового цвета
А в гостиной захлопал крылом
Кто-то в белом с янтарным браслетом
Мне диктующий сны о былом
Как из свитка куплет за куплетом
И падёт на серебряный лес
Дождь пропахший арбузом и морем
В многословии всяких чудес
Перечёркнутых солью и горем
Там от века качает жасмин
На холсте безрассудные лица
Среди белых и сонных равнин
Мы с тобой незнакомые птицы
Мы бросаем на ветер года
Где на лютне бренчат серафимы
Где под камнем ручная вода
Повторяет сокрытое имя
Льётся притчею рванный рассвет
В вечных поисках зрелищ и хлеба
В те края где блуждающий цвет
И в фиалках раскрытое небо.
* * *
Сентябрь
Сентябрь. Изумрудный вечер
Кружатся летучие мыши
В безмолвии тают речи,
Взлетая всё выше и выше.
Слегка обнимая деревья
Крылом из ночной улыбки
И тонут в цветном ожерелье
Твои золотые рыбки.
А лето проходит мимо,
И с ним умирают краски.
И взгляды неповторимы,
Как неповторимы сказки.