Недавно, я по делам оказался в районе метро «Бауманская». Мне нужны были частные сыскари. Созвонились – встретились. Я, довольный покинул кабинет и вошел в лифт.
Этажом ниже впорхнула юркая «птичка».
— На первый? – вопросительно прощебетала она.
— Да! – кивнул я, и скромно потупил взор.
— А вы не маньяк? – не унималась она.
— Боже упаси! – насторожился я, и от греха подальше, хотел тут же выйти, но дверь захлопнулась, мы поехали вниз.

Заметив мою неловкость, она весело расхохоталась. Я окинул ее взглядом, и покраснел, как вареный рак. Декольте блузона было откровенно и прелестно.
В узкой лощине, меж кофейных холмов, струился золотой ручеек, а короткие льняные шорты туго врезались в тело, тонко повторяя все излучинки….

Внезапно погас свет, лифт резко вздрогнул и замер – замерли и мы на секунды.
— Что случилось? – спросила она. Я спокойно ответил:
— Зависли!
— Надолго? – переспросила она, уже более нервно.
— Не могу знать…, – еще более спокойно вымолвил я…

…Следующую минуту мы вдыхали напряженную тишину.
— Сделайте что-нибудь! – вдруг и неуверенно сказала она.
— Что, например? — шепотом ответил я, и невольно усмехнулся ее вопросу.
— Не знаю! Позвоните по телефону…, вызовите диспетчера, наконец….
— Мой телефон в лифте не работает.
— Возьмите мой! – окрепшим голосом предложила она. В темноте раздался щелчок, и ее рука коснулась меня. Я вспотел….

В это время снаружи гулко хлопнули металлической дверью.
Женский голос выругался в сердцах:
— Гребанный рыжик! – и тут же по лестнице застучали каблучки.
— Медам! – воскликнул я.
— На секунду…
Моя соседка, почти прильнула сзади ко мне – мы застряли в пассажирском. Было душно. Ее упругое «бюстье» елозило по моей спине…

— Алло, в лифте! – спросили каблучки – вы живы?
-Что случилось! – не смея шевельнуться, откликнулся я — ибо плыл, помимо воли моей — плыл, как юноша.
— Авария! Опять станция бабахнула, где-то в районе трех вокзалов. И далее утешили:
— Надолго! Ждите теперь, когда ремонтники приедут.
Соседка, оттолкнув меня, взвизгнула:
— Девушка! Позвоните по этому телефону, — но ее, похоже, уже никто, кроме меня не слышал.

Каблучки застучали вниз, а на лестнице воцарился хаос. Кто-то скабрезно орал на весь подъезд, кто-то колотил заклинившую дверь. Грохотало то — там, то – тут.
— Кажется, упал холодильник? — сказал я вслух.
— Откуда вы взяли? – ответила соседка.
— Предполагаю!
-Хм-м!
— Я фургон видел внизу – мебель. Только разгружать начали.
— А вы живете здесь? – спросила девушка.
— Нет, я по делам.
— Я тоже.
— А, если не секрет, – по каким? – несколько заинтересованно задала она вопрос.
— По судебным. – Вяло ответил я.
— Что значит по судебным? – встрепенулась моя соседка.
— Я, журналист – судебный, – мой голос был бесстрастен.
— Как интересно! – воскликнула она, и нечаянно опять прикоснулась ко мне….

Я отступил на шаг, дальше было некуда. Темнота будто связала нас. Меня вновь колыхнуло ее нечаянное прикосновение. Послышался легкий шорох.
— Что вы делаете? – спросил я.
— Как, что!7 Снимаю блузку – духота невозможная. – Буднично ответила она.
Тогда я расстегнул свой кейс, достал «Ведомости», затем нащупал телефон, вынул его и посветил на пол. Расстелив их, пригласил ее сесть. Она отказалась.
— Как знаете, — промямлил я и, просто упал с облегчением на журнал. Моя нога, сломанная по зиме, совсем занемела.

Я сидел – она, стояла напротив. Мы молчали, и меня потихоньку стало клонить в сон, ну еще бы: накануне, я всю ночь не спал….

Недавно, я по делам оказался в районе метро «Бауманская». Мне нужны были частные сыскари. Созвонились – встретились. Я, довольный покинул кабинет и вошел в лифт.
Этажом ниже впорхнула юркая «птичка».
— На первый? – вопросительно прощебетала она.
— Да! – кивнул я, и скромно потупил взор.
— А вы не маньяк? – не унималась она.
— Боже упаси! – насторожился я, и от греха подальше, хотел тут же выйти, но дверь захлопнулась, мы поехали вниз.

Заметив мою неловкость, она весело расхохоталась. Я окинул ее взглядом, и покраснел, как вареный рак. Декольте блузона было откровенно и прелестно.
В узкой лощине, меж кофейных холмов, струился золотой ручеек, а короткие льняные шорты туго врезались в тело, тонко повторяя все излучинки….

Внезапно погас свет, лифт резко вздрогнул и замер – замерли и мы на секунды.
— Что случилось? – спросила она. Я спокойно ответил:
— Зависли!
— Надолго? – переспросила она, уже более нервно.
— Не могу знать…, – еще более спокойно вымолвил я…

…Следующую минуту мы вдыхали напряженную тишину.
— Сделайте что-нибудь! – вдруг и неуверенно сказала она.
— Что, например? — шепотом ответил я, и невольно усмехнулся ее вопросу.
— Не знаю! Позвоните по телефону…, вызовите диспетчера, наконец….
— Мой телефон в лифте не работает.
— Возьмите мой! – окрепшим голосом предложила она. В темноте раздался щелчок, и ее рука коснулась меня. Я вспотел….

В это время снаружи гулко хлопнули металлической дверью.
Женский голос выругался в сердцах:
— Гребанный рыжик! – и тут же по лестнице застучали каблучки.
— Медам! – воскликнул я.
— На секунду…
Моя соседка, почти прильнула сзади ко мне – мы застряли в пассажирском. Было душно. Ее упругое «бюстье» елозило по моей спине…

— Алло, в лифте! – спросили каблучки – вы живы?
-Что случилось! – не смея шевельнуться, откликнулся я — ибо плыл, помимо воли моей — плыл, как юноша.
— Авария! Опять станция бабахнула, где-то в районе трех вокзалов. И далее утешили:
— Надолго! Ждите теперь, когда ремонтники приедут.
Соседка, оттолкнув меня, взвизгнула:
— Девушка! Позвоните по этому телефону, — но ее, похоже, уже никто, кроме меня не слышал.

Каблучки застучали вниз, а на лестнице воцарился хаос. Кто-то скабрезно орал на весь подъезд, кто-то колотил заклинившую дверь. Грохотало то — там, то – тут.
— Кажется, упал холодильник? — сказал я вслух.
— Откуда вы взяли? – ответила соседка.
— Предполагаю!
-Хм-м!
— Я фургон видел внизу – мебель. Только разгружать начали.
— А вы живете здесь? – спросила девушка.
— Нет, я по делам.
— Я тоже.
— А, если не секрет, – по каким? – несколько заинтересованно задала она вопрос.
— По судебным. – Вяло ответил я.
— Что значит по судебным? – встрепенулась моя соседка.
— Я, журналист – судебный, – мой голос был бесстрастен.
— Как интересно! – воскликнула она, и нечаянно опять прикоснулась ко мне….

Я отступил на шаг, дальше было некуда. Темнота будто связала нас. Меня вновь колыхнуло ее нечаянное прикосновение. Послышался легкий шорох.
— Что вы делаете? – спросил я.
— Как, что!7 Снимаю блузку – духота невозможная. – Буднично ответила она.
Тогда я расстегнул свой кейс, достал «Ведомости», затем нащупал телефон, вынул его и посветил на пол. Расстелив их, пригласил ее сесть. Она отказалась.
— Как знаете, — промямлил я и, просто упал с облегчением на журнал. Моя нога, сломанная по зиме, совсем занемела.

Я сидел – она, стояла напротив. Мы молчали, и меня потихоньку стало клонить в сон, ну еще бы: накануне, я всю ночь не спал….