www.zlaia.nm.ru
Фашист украдкой изучал своих \»стариков\». Он уже лет десять их так называл, и только сегодня это слово обрело полноту смысла.
— Опять мимо, опять не так,- когда у Фашиста начинался \»черный провал\», всегда происходило одно и тоже: мозг производил немыслимое количество операций в секунду, но все как-то бестолково.
— Взгляд суетлив, мои думы — бегущая строка поперек лба. Нельзя мне рожу кривить. Они втрое старше меня, и то изволят улыбаться. И я должен.- Фашист делает вид, будто внимательно слушает тост.
— Оранжевый мандарин и голубой огонек. И ничего более!- Фашист пытается выполнить хотя бы обещания данные самому себе. Ровно год назад он так его и сформулировал, лежа мордой в луже, состоящей наполовину из праздничного ужина, наполовину из соленого снега.
Память — скриншот. Так обстоятельно порой она запечатлевает один отдельно взятый миг… Темень. Увеселения. И он, Фашист, на асфальте пьяный в дугу, только что фамильярно отпизженный ментами. (Есть ли хищник более свирепый, нежели работающий в новогоднюю ночь ментяра?) Фашист, правда, сам, еще издали начал дюже громко рассуждать, как он ненавидит ментов, мол, как их называют мусорами, так они есть мусора мусорами, и много чего еще, непонятно откуда взявшееся в его законопослушной головушке. Существует зависимость: чем сильней уклон тела вперед, и чем энергичней семенящие движения ногами, не дающие телу упасть в направлении движения, тем властней воля к преображению мира.
А еще чуть раньше Фашист потерялся. И как могло такое произойти? Как вообще человек, не идиот, может потеряться? Вот они с Максом только что уверенно направлялись на Манежную площадь. Фашист передает другу их общий флакон для очередного глотка. Он выпустил из руки бутылку, повернул голову, и ничего знакомого рядом не обнаружил.
Минут пятнадцать он пытался доказать себе, что ему с приплатой никто не нужен, а потом ударился об ветку власти, даже скорее об сучок.
Flash! Опять воспоминания. Опять этот долгий миг. Фашист приподнимается. Текут слезы. Течет кровь. Слюни. Грязь. Он понимает: все!. Желудок не выворачивается лишь потому, что ему лень. Мозг теряет управление секунду за секундой. Глубокий выдох. Фашист выдыхает перегар, молекулы спирта, это должно помочь протрезветь. Что за улица? Черт… Где же Макс? Размазанный по лицу снег не бодрит… Кстати, а шапка? Она была? Невозможно…, нереально вспомнить. Столько действий выполняется каждый день на автопилоте…
А в начале были планы. \»Да уж в этом году, да-а-а-а!\». \»А еще Аркаша приедет!\». \»Да ты че, ну тада ваще!\». Закупки. Водка за старый, шампунь за новый. Жрать нечего, накурено. Разговор, постепенно сливающийся в монолит, который невозможно разделить на реплики, слова, даже участников трудно вычленить из общего бухтения.
Еще вспышка. Фашист идет домой. Всемирная история умалчивает, как ему удалось принять вертикальное положение. Нетвердо, но к цели, шагает…
— Вставай, вставай,- откуда-то издалека, сверху… голос. Голос Макса. Фашист приоткрывает глаза… Звездное пульсирующее небо… И рожа Макса поперек него…
И все. И тут решил. Мандарин и огонек, и в 2 баиньки. Все люди как люди!…
— Все люди как люди, а я дома торчу. По всем каналам Данилка, да Киркоров,- Фашист отчетливо ощутил себя на склоне, ведущем в \»черный провал\». Он слишком хорошо знал особенности этого ландшафтного изыска.
— Все тусят, все бухают, один я, как пятилетний ребенок…
Часто бывает: поступишь правильно, по уму, а потом совесть мучает. Я не буду продолжать ;-). \»Черный провал\» дело, мало того, интимное, так еще и не интересное. Ничего нового здесь уже не придумают :-). Просто валяешь дурака, дебоширишь и внезапно доходит: секунду назад пришло время собирать камни.
… Фашист был на дне. На самом. Пожалуй, наиболее жизнеутверждающий эпизод существования из всех возможных. Ты понимаешь, что эмоционально пасть ниже некуда, успокаиваешься, и начинаешь путь наверх. Пора бы научиться его растягивать :-).
— Я не только чурбанье и ментов ненавижу, я вообще людей терпеть не могу!
Он взял гитару, и они втроем, хором…
~Zlaia@ 31.12.2003
\»Я не только чурбанье и ментов ненавижу, я вообще людей терпеть не могу! Злой значок\»
\»«Не лицо красит человека, а человек лицо », — сказал Антон Палыч, когда застукал меня перед зеркалом репетирующим, подобно известному персонажу с чаплиновскими усиками и челкой набекрень, роль просителя неважно чего и неважно у кого. Я заалел и робко ответствовал:
« Учитель, рад, что мои дурные манеры позволяют создавать ваши добрые и вечные афоризмы». На что знатный писатель добавил:
« Краснеют, голубчик, не от избытка стыда, иначе следовало бы признать, что в бане моются одни совестливые люди» — Записки с того света убитого и конченого Ершова\»
— Антон Павлович, так значит: мизантропия ведет к фашизму?
— Да. голубчик. Глянь в телевизор. Первый фашист королевства докладывает о создании новых рабочих мест.
— Ну и что? Ни фига этих мест не вижу.
— Оглянись неделей назад. Российско-украинская граница. Доблестные защитники новосозданных границ, с обеих сторон потрошат кошельки добропорядочных граждан.
— А ведь Ваша правда, Антон Павлович! Их мало интересовали клунки и котомки. Они все больше по бумагам ковырялись. То декларация не того цвета, то им.свидотцтва не того размера, то дети на разных фамилиях. Будто дети виноваты, что Россия, за деньги, регистрирует гражданами только мальчишек для будущего пушечного мяса, а Украина, за деньги, регистрирует только девочек для будущей продажи в бордели благопристойной Европы.
— Дурак Вы, батенька. Не завидуйте доходам таможенников. Иногда они сдают друг друга, тем и полезны обществу. Что сами себя контролируют, сами борются внутри с проникшей извне в них коррупцией. Это хороший признак. Это добрый значок свыше.
Люди созревают. А когда наследники Павла Ивановича (не путать с Лазаренко) Чичикова созреют, то общество мизантропов, не топтавшееся на месте, обретет тоже рабочие места и — бывший мусор сгодится для исполнения грязной работы в новом светлом обществе. Понял, мой наивный, мой честный дурачок? И не читай моего письма, где я признаюсь, как дую ветры в открытую форточку после стакана вина и доброй неаполитанской проститутки. Брату письмо писал. Не заглядывай в чужие письма, заглядывай в чужой карман. Иначе — станешь фашистом.
Приветствую тебя, тень Отца Сергия, мой неряшливо тонкий, злораТный друг. Получил на днях твой растрепанный конверт касаемый вопросов мезантропии. Что может быть порочней, чем смотреть на вещь не как на вещь, а как на порок? Пионерский значок ;-). Но это штрих, возможно, лишний. На общеи плане виден эпические персонаж, одолевающий одного бога за другим, так как разглядеть ему в гуще движений человека? И не затерялся ли Grand Master в тени собственного раба? Мы, как и предки, заполняем мир невозможными тварями, лишь не глянуть гордо в глаза Солнцу, а ночевать в приямках картонных хрущеб. Вода из весенней лужи расправит легкие любой заскорузлости, но станут ли они растрачивать себя на форточки и шлюх? Пожалуй, «вопрос этикета»…
Чужие письма приведут рано или поздно к заветным чужим кошелькам, так подумай сам, стоит ли брезговать превратностями чужой судьбы?
С уважением.