…Подошла загулявшая сорокалетняя женщина, круглая как бочонок.
-Что, хлопцы, опоздали?
— Опоздали.
— Плохо ваше дело.
— Плохо.
-Утром, небось, на работу?
— На работу.
— Эх вы, молодость. Думать надо…Идите по дороге километров пять, будет Клунёво. В проходной укроетесь. Всё лучше, чем на улице. А утром на электричку сядете… А то ко мне айда. Надо же вам поспать-то.
Трое зашушукались.
— Я пешком пойду, — сказал Володька. — Все люди сволочи — у меня система. И я не хочу, чтоб из-за одной нелепости, из-за какой-то пьяной дуры стройность миросозерцания пропадала.
— Двадцать километров!
— Лучше двадцать километров и ясность в голове. — И ушёл.
— А что ж приятель-то ваш?
— Ему надо пораньше быть в Москве.
— Ну, к утру дойдёт, клубничная башка. Ха-ха-ха-ха. Пошли, недотёпы.
Пришли в финский домик. Женщина выставила на стол что было.
—А я у соседки пересплю. Ложитесь. В шесть разбужу…
— Валерк, а может, у неё шайка? Зазывает. А потом приходят и трупы в Москва-реку выбрасывают. Что она — ни с того ни с сего, что ли? Так не бывает.
— Мне самому странно. Что-то здесь не то. По-моему, это старая шлюха. Извращенка. Для виду к соседке ушла, а сама придёт и заставит себя удовлетворять.
-А чтобы этого не случилось, мы сейчас на крючок закроемся… Ну вот. Нам не страшен серый волк…
На столе лежал кошелёк.
Утром женщина разбудила, напоила чаем, и они уехали. В электричке Валерка сказал:
— А я у неё кошелёк спёр.
-Ты что! Ну это уж подлость.
-А чтоб в другой раз неповадно было. Что мы ей родственники? А кошелёк я сейчас выкину. Ты меня знаешь. Я безкорыстен.
-А, ну если так… А я, наоборот, ей трёшник положил.
-Это ещё зачем?
-А не хочу никому быть ничем обязанным…
Странное время.
