Я зашел в автобус и сел на одно из свободных сидение. В это ранее время, еще все спали, и поэтому в городе было достаточно тихо. Кроме меня и водителя в автобусе было еще два человека: молодой солдат и старик. Мягкую тишину ломал глухой рев мотора.
На одной из остановок в автобус вошел он. Во всем черном, наколка – свастика на побритом затылке и кирпичная морда.
«Ну, блин, мне повезло. Сразу три ублюдка!» – прохрипел «лысый» и по всему автобусу распространилась табачная вонь. Старик сморщился на заднем сидении, солдат делал вид, что ничего не происходит.
«Извините, кто Вам дал право нас оскорблять?» — задал я вопрос «лысому».
«Заткнись ниггер! Тебя не спрашивали!»- проорал «лысый» и пнул солдата в плечо.
«Вы не имеете право! Мы все равны!» — начал заступаться старик. «Лысый» подскочил к нему и ударил его головой об металлический поручень. Старик охнул и упал на сидение. Солдат и не двинулся.
«Тебе это нравится? А? Что молчишь?» — спросил «лысый» у солдата. Тот кивнул и чуть-чуть улыбнулся.
«Теперь у нас два дурака» — пробурчал я себе под нос.
«Что? Ты что-то хотел? – опять закричал «лысый».
Я не ответил. Повернулся к окну и начал смотреть на утренний город. Такой спокойный и чистый. Я не слышал, как сзади ко мне подошел «лысый». Он нагнулся надо мной и ударил в бок. Острая боль поползла по спине и рукам. Я закрыл глаза и вспомнил своего отца. Его убили. Просто так. За то, что он был чернокожим.
В себя я пришел только на следующий день, в больнице. У меня была ножевая рана в области живота. Я не умер, меня спасли.
Но иногда, в минуты покоя, я задумываюсь. А что было бы, если бы я умер? Наверно, ничего. И это меня пугает…

Я зашел в автобус и сел на одно из свободных сидение. В это ранее время, еще все спали, и поэтому в городе было достаточно тихо. Кроме меня и водителя в автобусе было еще два человека: молодой солдат и старик. Мягкую тишину ломал глухой рев мотора.
На одной из остановок в автобус вошел он. Во всем черном, наколка – свастика на побритом затылке и кирпичная морда.
«Ну, блин, мне повезло. Сразу три ублюдка!» – прохрипел «лысый» и по всему автобусу распространилась табачная вонь. Старик сморщился на заднем сидении, солдат делал вид, что ничего не происходит.
«Извините, кто Вам дал право нас оскорблять?» — задал я вопрос «лысому».
«Заткнись ниггер! Тебя не спрашивали!»- проорал «лысый» и пнул солдата в плечо.
«Вы не имеете право! Мы все равны!» — начал заступаться старик. «Лысый» подскочил к нему и ударил его головой об металлический поручень. Старик охнул и упал на сидение. Солдат и не двинулся.
«Тебе это нравится? А? Что молчишь?» — спросил «лысый» у солдата. Тот кивнул и чуть-чуть улыбнулся.
«Теперь у нас два дурака» — пробурчал я себе под нос.
«Что? Ты что-то хотел? – опять закричал «лысый».
Я не ответил. Повернулся к окну и начал смотреть на утренний город. Такой спокойный и чистый. Я не слышал, как сзади ко мне подошел «лысый». Он нагнулся надо мной и ударил в бок. Острая боль поползла по спине и рукам. Я закрыл глаза и вспомнил своего отца. Его убили. Просто так. За то, что он был чернокожим.
В себя я пришел только на следующий день, в больнице. У меня была ножевая рана в области живота. Я не умер, меня спасли.
Но иногда, в минуты покоя, я задумываюсь. А что было бы, если бы я умер? Наверно, ничего. И это меня пугает…