Лик Ваш — ликования наличие,
но Вы ли личность
величиной с величие?
Из авторских раздумий
Иные, из касающихся слова,
напра-налево книжки издающих,
напоминают женщины родившей
пустые груди — без дыханья жизни
божественного чуда — молока.
Чем вскармеливать, что дать,
коль грудь пуста?
А что же есть?
Амбиции, живучесть
и иногда, пожалуй, интеллект,
но намертво от сердца отделённый,
кастрированный грязью и пороком
и, как квашня, замешанный на них,
поскольку опустело свято место.
И – жажда есть – безудержная жажда –
сродни инстинкту продолженья рода
иль передачи знаний колдовских :
плодить рецепты псевдомолока,
способного лишь вызвать аллергию.
Манежик кукушино-петушиный,
и жалкие друг другу подражанья,
вываливанья лингва-нечистот,
поха бщины, бездарности и чуши!
В глазах рябит от голых «королей»,
и грубо изнасилованный воздух
предбанник проклинает перегарный –
захватанный отхожий Интернет.
— …-…-
Неутомимо шариково племя:
где ни пройдут – там плесень и разруха!
Но Божий дар, но искру благодати
им не присвоить и не разгодать,
им – обречённо-мёртвым от рожденья
с дремуче-затаённой жаждой мести,
им – сдавшим будущее вырожденью,
им – не умеющим благоговеть!
И снова мины при плохой игре
замедленное действие лелеют,
и хаос проповедует тупик,
и множатся мертвящие касанья.
-…-…-
На вскармливанье, то есть – на съеденье –
всегда найдутся новые умы,
и горизонты книжной пустоты
скучны и так убого однополы,
что духу негде воздуха набрать,
поскольку он не дышит мертвечиной.
-…-…-
Мне ничего доказывать не надо –
ни коллективно и ни в одиночку,
и строить башню – дело не моё:
и некогда и в сторону другую,
где оживают запахи и звуки
и в азбуку слагаются любви –
в приветную спасительную песню
моих далёких предков горделивых,
дождавшихся заблудшее дитя.
И по тропинкам ласковых ветров
я ухожу домой – всё выше, выше,
чтоб на вершине преклонить колени,
перевести дыханье и часы,
и разговор начать неторопливый…
13.03.03