Маньячка

Вольдевей

МАНЬЯЧКА
Рассказ

Марго долго сидела в засаде.
Но усталости не было. Нигде не ныло, никакие позывы почесаться в самом неудобном месте не отвлекали от дорожки. Она не чувствовала комара, севшего на щеку. Мышцы ее лица затвердели, и насекомому стало скучно пробивать своим хоботком кожу этого неподвижного существа. Комар поднялся, почувствовав новое теплокровное существо.
По аллее парка шел молодой человек. Он подпрыгивая напевал, всецело отдавшись музыке в наушниках. Это был диск с новыми песнями ансамбля «Ти-та-тут». А эти ребята, как известно, построили свою программу только в стиле рэпа.
Марго оценила идущего. Молод, красавчик, темпераментен. Такой пойдет.
Она вышла из засады. Только сейчас почувствовала, как затекли ноги. Подпрыгнув несколько раз, она привела тело к готовности.
Молодой человек не обращал внимания на нее. Подумаешь, девушка в пустынном парке!
Он чуть обогнул Маргариту.
— Куда ты? А я?
— Ты? Откуда ты свалилась?
— Ты не хочешь остановиться и поговорить со мной?
— Я спешу. Да и о чем с тобой говорить?
— О сексе, например.
— Я не озабочен.
— Зато я жду этой встречи. Как тебя зовут?
— Димкой. А тебя че, парень, что ли кинул?
— Меня никто не кидал. Я сама по себе. Ладно, пошли, здесь есть скамейка, за кустами.
Димка почувствовал сильную хватку девушки.
Он дернул свою руку:
— Ты че меня как маленького? Отпусти, пошли.
Не смотря на то, что скамейка действительно была запрятана в кустах, свет фонаря аллеи доходил сюда полоской. Под этой полоской и посадила Марго Димку.
— Раздевайся.
— А ты?
Похоже, Димка уже принял игру.
— Я тоже.
Марго потянула за бретельку замка и вмиг оказалась совершенно голой. Костюм подводного пловца лежал у ее ног. Надо сказать, что фигура у Маргариты была еще та!
Димка, не спуская с нее глаз, стал суетливо сбрасывать свою одежду. Это были майка и брюки. Трусы мешал снять поднявшийся пенис.
— Вот блин!
Наконец Димка сладил с трусами.
— Ложись!
Димке было почти шестнадцать лет. Он только подбирался к девчонкам. Не смело, борясь с комплексами. В голове сидела идея первой любви.
Марго легко вскочила на скамейку и зависла над Димкой.
Первое соприкосновение и Димка тот час же кончил.
— Ты что, первый раз, что ли? – спросила Марго.
— Да.
Это «да» Димка выдавил из себя вместе со стонами. Одно дело мастурбировать в ванной, представляя акт с женщиной, а другое — вот так, все наяву.
Марго ждала. Наконец Димка пришел в себя. Его пенис снова был готов.
Прошло около часа. Организм Димки оказался неистощимым. Марго уже оставила позу сидя. Она лежала и думала, что этот парень будет еще тем гигантом. Все у него было крупным. Да, но вот будет ли половым гигантом? Пора с ним кончать.
Обычно Марго это делала во время экстаза напарника. Она вынимала из кармашка своего костюма нож с кнопкой. Прижимала его к груди жертвы и нажимала на эту кнопку. Пружина была очень сильной, и лезвие входило в грудь, пронзая сердце наполовину.
Сколько таких она уже «пришила»? Семь человек. Это точно. Но в разных парках столицы.
Затем отрезала гениталии. Поэтому крови на месте преступления было всегда очень много.
Сейчас ей хотелось Димку снова и снова. И он не подводил. Это был тот случай, когда ему не нужен был отдых. А вся проблема Маргариты заключалась в том, что настоящий оргазм приходил тогда, когда в ней была сперма. Теплая, ласковая, возбуждающая до нельзя. И она требовала мужчины.
Да, ее костюм лежал на земле. Чтобы дотянуться до него, необходимо освободиться от лежащего на ней парня.
Прошло еще полчаса. Пролетело. Словно в забытье Марго стонала. А Димка все крутился в ней.
Неожиданно он прекратил.
Марго открыла глаза:
— Не останавливайся!
— Я знаю кто ты?
Марго охватила дрожь: неужели он догадался?
— Ну и кто? – спросила она срывающимся голосом. Как ей не хотелось возвращаться в реальность.
— Ты – моя первая любовь!
Марго откинула голову и закрыла глаза.
Она почувствовала прикосновение его губ.
Она никогда не целовалась, не позволяла ни себе, ни напарникам. И вот этот неизвестный ей два часа назад человек проник своим языком в ее рот. Робко, но чувственно он стал заводить ее. И Марго сделала открытие, что есть еще один источник наслаждений.
«Пора его убивать!» — она держала эту мысль на привязи, как строгий хозяин дворовую собаку. Но мысль эта, ранее бывшая яростной, рвущейся с поводка, вдруг стала апатичной и тускнела с каждой новой секундой. И она исчезла, а Марго полностью отдалась страстным поцелуям. Теперь они шли в дополнение к движениям Димки. У него был еще тот поршень!
Они расстались на том, что Димка взял с нее слово прийти на свидание на Кузнецкий мост. Димка жил рядом, и он обещал в субботу прекрасное рандеву. Родители уезжали на дачу.
— Ты иди, — сказала Марго.
Она долго лежала на скамейке. Все в ней протестовало против жизни Димки. Именно жизни после того, как все это было с ним.
Марго вспомнила тот день, когда ее отец, красивый, статный мужчина, затащил ее, двенадцатилетнюю девчонку себе в постель. И в последствии он добивался того, чтобы дочь свыклась с ним, как с партнером. Но она через месяц убила его. Вырезала все его хозяйство. И сумела обставить все так, что никакого подозрения на нее не пало. Наверное, благодаря матери, которой все рассказала. Они вывезли убитого за город и подбросили бомжам на свалку. А через пять лет подалась в Москву. Устроилась работать в одном из магазинов, занималась в секции восточной борьбы…
Наконец она почувствовала прохладу. Дотянулась до своего костюма и вытащила нож. Все, лучше в жизни она никогда ничего не почувствует!
Утренний рассвет пришел со звуками метел дворников.
Михалыч отвечал за эту аллею. Он был совсем не молод, больше очень зрел. Пенсия светила через каких-то шесть лет. У него был выверенной в долгой практике маршрут. Сначала он выметал левую часть аллеи, насколько позволял размах метлы. А размах позволял ровно до половины аллеи.
Затем шел по правой стороне. И вот, дойдя до кустов, где была спрятана парочками скамейка, он решил посмотреть: там всегда было много окурков и презервативов. С совком и метлой он нырнул в кусты и обомлел: на скамейке лежала девушка, полностью обнаженная. В ее груди торчал нож.