Кому поем?

В середине 60-х гг. Н.Дубов в романе «Колесо Фортуны» писал, в частности, об отечественном кино: «Ах, как там дерутся! Так долго, так смачно и так разнообразно! Можно подумать, что актеры и режиссеры закончили высшую школу хулиганских наук и теперь с блеском демонстрируют полученное образование массам». И это было сказано про идеологически выдержанные образчики «застойного» периода!
Про нынешнее кино и говорить страшно, если «Бумер» иные всерьез сравнивают с чеховским «Вишневым садом» (вряд ли классик предполагал, как низко падут массовые вкусы), а теперь многие телеканалы начали взахлеб рекламировать «Бумер-2». Ладно, оставим в покое выросшего среди своих персонажей Петра Буслова с его тяжелым детством, который не видит других героев в нашем обществе. Однако, кажется, с молодым режиссером солидарны многие коллеги, в том числе (как ни странно) создатели музыкальных клипов.
Увы, даже Константин Эрнст, в качестве продюсера вернувший публике многие замечательные полузабытые шлягеры прошлых лет в проекте «Старые песни о главном», не удержался от потакания низкопробным массовым вкусам с их страстью к пресловутой «криминальной романтике». Усилиями режиссеров («Старые песни-3») «к труду привычная девчоночка фабричная» в исполнении Елены Левочкиной (Алены Апиной) вдруг превратилась в разбойницу с большой железной дороги (наверное, автору текста М.Анчарову даже в кошмарном сне не могло подобное привидеться). Заключительная серия проекта кишит ворьем под влиянием, похоже, какого-то там «Брата», и опять же Леониду Агутину удалось (к счастью, Марк Бернес уже не увидел этого издевательства над своей песней) превратить Костю-моряка в некого «крестного отца».
Впрочем, от «босоногого мальчика» не отстают и старшие коллеги по певческому цеху. Олег Газманов в клипе «Мои ясные дни» пробирается к какой-то «братве» (или она к нему — не помню), восторженно его встречающей («Это же Газманов!»), и с упоением бренчит для нее на гитаре. Александр Выгузов (Малинин) в клипе «Если бы не ты» (в обоих случаях текст песен к криминалу никакого отношения не имеет) активно стреляет с двух рук непонятно в кого и с довольной улыбкой садится в автомобиль сообщника.
Та же автомобильно-криминальная тема в клипе некой Славы (Анастисии (Марии?) Сланевской) «Попутчица». «Мы знакомы полчаса, нам дороги полоса… Расскажи мне о себе, я никто в твоей судьбе и т.д.», — есть ли здесь хоть слово про угон автомобиля и «хитрое» (молодой человек имитирует пальцами в пакете пистолет) ограбление магазина? Зато на видеокартинке — пожалуйста: ах, как все это якобы красиво и романтично! Как при этом извивается девушка в бикини, демонтрируя свое тело! Этакие не то Бони и Клайд, не то Дик и Джейн… А украл-то парень бутылку минералки и вылил воду себе на голову. Вот бы режиссеры повторили эту процедуру на себе и остудили воспаленные мозги, в которых почему-то рождается сплошная криминальная муть. Наверное, Лавр Федотович Вунюков («Сказка о тройке» Стругацких) сказал бы про все это безобразие: «Народу такие видеоклипы не нужны. Вор, как верно подметил товарищ Жеглов, должен сидеть в тюрьме, а не быть героем нашего времени и мелькать в каждом телевизионном кадре. Народу нужны другие песни и клипы!» Ладно, с телевизионными клипами понятно: не хочешь смотреть — выключи или переключи (как я и делаю). Но где найти тот тумблер, с помощью которого можно было бы отключить непонятную тягу массового зрителя (читателя) к «криминальной романтике»?