Княгиня Ольга
Предубежденье это – страх, а вера – милость…
Князь Святослав
Ты говоришь не о бесспорном, сомневаюсь,
Что волей «образа бесплотного» творится,
Всё то, что с нами ежедневно происходит.
Ты родила меня, и я обязан слушать,
То, что велят твои уста и, паче, сердце.
Обаче, истынь мой милейший, моя мати,
Не понуджай меня идти против дружины…
Княгиня Ольга
Се не задаром водрузило Провиденье
Числа несть тягот на рамена Святослава.
В деяньях ратных ищешь княже ты забвенья
Того к чему всё естество твоё взывает…
Чего волел ты, купно зарясь на хазаров,
Булгар и вятичей и, оже ныне маешь?!
Лишь «бессеребренников» кметей, Святославе?!
Княгиня Ольга, увещающим тоном, привлекая голову сына к своей груди
Во имя Господа, о чем же ты мечтаешь?
Чего ты ищешь неприкаянный мой мальчик?
Могу ли я тебя избавить от страданий?
Что не дает тебе покоя, расскажи мне?
Князь Святослав
Чего ищу я? Рассуждения о вечном,
Смешны в устах того, кто смерти дня не знает
Не для мольбы мы рождены, а для свершений!
И я прошу, не убеждай меня в обратном!
Княгиня Ольга
Но как ты можешь оставаться безучастным,
К тому, что так обуревает моё сердце?!
Неужто ты не различаешь света истин,
Что очевидны, почитай для полумира?!
Князь Святослав
Аз порожден людьми из плоти и из крови
И верю в то и, только в то, что постижимо!
Указывая на распятие
Яви мне силу «цареградских оберегов»…
Княгиня Ольга, побледнев, осеняет себя знамением
Прости ему, се бо хула по неведенью…
Не то ты «ставишь во главу угла», мой мальчик,
Реку о знании с печатью совершенства:
Чего искать в ином ученье неключиме,
Так это света милосердия Христова!
Князь Святослав
Аз присно мыслил, оже лепость предложений,
Сокрыта в том, чтобы по мере сил предвидеть,
В чём состоит непредсказуемость желаний
Елмаже, аз не узреваю в оных смысла.1
