КАК Я ОТКРЫЛ АФГАН
Посвящается \»партизанам\» отправленным в Афган в декабре 1979г.
Косо глядел на нас военком,
Хмурых, небритых, кто под хмельком.
— Что же послужите во второй раз.
— Это не прихоть, а сверху приказ.
…Ну, а потом в самолёт, не понять
Где эти сборы, куда там стрелять?
Сели…Кругом лишь песок.
Сейчас бы на \»массу\», а нас в марш-бросок.
Обули, одели, смешно ещё раз,
Опять эта служба. Будь проклят приказ!
Без разговоров суют АКМ:
Рожок с боевыми, а это зачем?
О чём там бормочет пузатый майор?
Подходы, отходы, мятежники с гор.
Ученья, манёвры, а может война?
Так эта удача или хана?!
В пустыне семнадцать мурыжили дней.
Куда повели нас \»царицу полей\»,
Куда-то на юг, за советский кордон.
Сказать бы домашним, да где ж телефон.
Мы шли по ущелью трое ночей,
Куда же нас гонят, как сволочей?
— Куда мы шагаем, эй капитан?
— Хватит базарить, идём в Ташкурган.
— А где наша кухня, где же жратва?
— А, ну отвечай, стой блатная братва!
Наш капитан растерялся и сник.
— Рядом кишлак, — махнул проводник.
Нас в кишлаке не встречали, не ждали.
Хлебом и солью не угощали.
Прост был солдатский мой приговор:
Я же голодный, а значит не вор.
Мы реквизируем всё так умело:
Масло, лепёшки — всё идёт в дело.
Этого нам отдавать не хотели,
Но автоматные рявкнули трели.
Наш капитан заорал: \»Мародёры!\»
Но мы партизаны, а значит не воры.
Кто-то давно отвык от жены,
А здесь молодые афганки годны.
Тут \»пушкой\» своей капитан завертел,
Но морду набили — он кровью вспотел.
Нестройной толпой батальон наш шагал
А впереди ещё ждал перевал.
Я шёл в середине, зевал на ходу
И думал в низине, засну, упаду.
Я грязью покрылся и потом пропах,
Кожу разъела соль на губах.
Я б суку, сейчас, военкома пришил,
Куда ты, паскуда, меня заманил,
Тебе всё бумажки сидеть тасовать,
А мне, тут, у чёрта в гостях подыхать.
Вдруг свистнуло, грохнуло над головой,
Попадали все — кто мёртвый, живой.
Это не шутки, это…война,
Здесь не удача, здесь, правда, хана.
Кричали, стреляли, но всё наугад,
А может проверка, а вдруг маскарад?
Мятежник, бандит, короче, душман,
Да, не помог бы один тут стакан!
Но мужиков наших много легло,
Ветер смеялся смерти назло.
Я обернулся и замер — в упор
Выстрела, в спину, вспорхнул метеор.
Тут, напрочь, обнялись небо с землёй
И я захлебнулся кровавой слюной.
Кто будет последним, за мною начало,
Хоть путь мой замкнулся за тем перевалом.
1989г.
