Веди меня, видавший виды,
Затворницей в дубовый сруб,
Где отпущу тебе обиду
И зуб не попрошу за зуб.
Чахотка по твоим карманам,
Медь в кошельке и мёд в крови –
Мне жаль: для страсти было рано,
И мало – для любви.
Не время собирать те камни,
Но жизнь пущена с торгов,
И сколько соли – всё на рану,
И сколько масла – всё в огонь.
Ни свеч, ни выделки не стоят
Слова, сорвавшиеся с губ.
Я не прощу тебе – пустое! –
Око за око, зуб за зуб.
Карету благородной нищей! –
Раскурят фимиам льстецы.
И, где была, там ищут-свищут,
Но не найти в воде концы.
Что было – то прошло и стёрто,
Как сталь домоклова меча,
Отыграна любовь по нотам –
И ни закончить, ни начать.
Да только мне чадят как прежде
Огарки тех церковных свеч:
Как мы могли беречь небрежно
И как могли мы – не беречь?
И до любви в любовь играть?
Мне до тебя, как до рассвета:
Хоть знаю я – за краем света,
Но кажется – рукой подать.
И вьётся Ариадны нить,
Меж пальцами скользя –
И мне нельзя тебя любить
– И не любить нельзя.
