Так печален на фото взор,
Лик суров и упряма прядь.
Вы умчались под чаек ор,
Позабыв на столе тетрадь.
Сколь сюжетов незримых в ней?
Сколь неведомо мыслей нам?
И плывут каравеллы дней
Вслед бегущему по волнам.
И под щеточкою усов —
Напряжённые нити губ.
Ждали алых Вы парусов
На земном своём берегу?
Вы не пели толпе на бис.
Море — новое каждый миг.
Зурбаган и весёлый Лисс
Выплывают из светлых книг.
Полумрак и покой, и тишь.
Тени прошлого — на полу …
Вздрогнешь сердцем и загрустишь,
Уловив чей-то вздох в углу.
Феодосия-Коктебель
8 октября 2002 г.
Вы не пели толпе на бис,
Вы не ждали толпы восхищенья…
Ваш уверенно-строгий абрис
К жизни смертных — в пренебреженьи.
Он жизнью смертных не пренебрегал.
Ведь все мы смертны так же, как и он.
Он отошёл в туман к другим брегам,
Как алокрылый в солнце галеон.
Тогда, да, не пренебрегал.
А сейчас — он в памяти живет…чем он пренебрегает, любопытно было бы узнать:)))
Спасибо, Сережа.
Думаю, Александр Грин пренебрегал удобствами бытия и суетой в жизни, как истинный романтик. Для него его грёзы и рассказы о них были важнее. А поскольку каждый творец живёт в своих творениях, как и умершие в фотографиях и портретах, то он и сейчас ценит душевный кромфорт и ценности духовные выше богатств для утоления голода и жажды плоти. Может быть, его душа и сейчас даёт советы живым романтикам планеты…
Тебе спасибо за интерес к этому необычайному писателю и человеку в творчестве и в жизни.
Это не интерес, Сережа,
это imperishable passion.