ДИАЛОГ С МУЗОЙ ИЛИ КАК Я ПИСАЛ ПЕСЕНКУ
– А, с чего это ты, Коленька, угрюмый такой? Пиво кончилось?
– Не-е… Песенку написать не могу. Не получается никак.
– Ну, и не пиши, раз не получается. Пусть её! Лучше – стишок напиши. Стишок получается?
– Стишок получается. Но я песенку хочу. Песенка – это не стишок. Это совсем другое… Песенка – это чтобы один раз услышал и – запомнил. И чтобы ещё раз послушать хотелось. А то и – самому запеть…
– А про что песенка-то, Коленька?
– Про войну.
– Про войну?!… А ты хоть раз её видел, войну-то?
– Не-е, не видел. Ни разу… Я же её не увидеть, я про неё написать хочу!
– А как же ты напишешь про то, чего ни разу не видел?
– Ну… Я книжки читал…
– Какие книжки, Коленька? Назови хоть одну!
– Про мальчиша–Кибальчиша, например.
– И – что?
– Плакал я. Там буржуины Кибальчиша убили. Жалко мне было Кибальчиша. Очень жалко.
– А что бы ты, Коленька, с буржуинами сделал, если бы всё мог?
– Всё?
– Всё-всё-всё!
– Убил бы.
– И не жалко тебе было бы буржуинов убивать?
– Не-е. Буржуинов не жалко. Нисколечко. Они там, в книжке, такие противные нарисованы. Жирные, как колобки. Как игрушечные. Чего их жалеть-то?!
– Ты, Коленька, не распаляйся. Пивка хлебни. Папироску закури. А я тебе сейчас вопросы задавать буду. Только ты не спеши отвечать. Подумай хорошенько, — ладно?
– Ладно, ладно… Мне и впрямь очень папироску засмолить хочется…
– Вот скажи, Коленька, может такое быть, что у буржуинов тоже книжка про мальчиша-Кибальчиша есть? Только – другая. Буржуинская. Где мальчиши-малыши, которые против буржуинов воевали, противными такими нарисованы – как игрушечные… Ведь может такое быть?
– Ну… Может, конечно.
– Но тогда и буржуинский мальчиш твоего Кибальчиша тоже убить бы хотел, эту книжку прочитавши, — противного такого, нарисованного… Правда ведь?
– Правда…
– А скажи, Коленька, ты в детстве в «войнушку» играл?
– Играл, конечно.
– Расскажи, – как играл? Очень это интересно!
– Ну, сначала жребий кидали – кто «немцы» будут, а кто – «наши». Или – считалкой, через одного…
– А дальше?
– А дальше – играли. Кого «убивали» – понарошку, конечно, – тот из игры выходил. И так – пока «наши» не победят. Или пока всех родители домой не позовут… А чё ты меня всякую муру спрашиваешь? Это же – так… Детские забавы…
– Э-э-э, Коленька! А, вот, представь: у взрослых тоже забавы. Только – взрослые. Непонарошку. И родителей у них нету таких, каких бы они сразу послушались, да по домам бы разошлись.
– Это что же получается: поубивали друг дружку непонарошку и – всё?
– А — что же ещё?! Конечно — всё, Коленька… Вот, про это и напиши.
– Про что?
– Про книжки, про забавы, про убивание непонарошку. И – всё… И – тишина…
– Ага! Я их построю, укокошу всех, а в конце песенки жалеть буду – и тех, и других!
– Ну, вот… Опять разошёлся! Не бывает так, чтобы – всех…
– Ещё как бывает! Одни построились и говорят: «Щас мы им наваляем!» И – пики наперевес! А другие говорят: «Щас мы их уконтрапупим!» И – пики наперевес… И – как побегут друг на друга!… А пики-то – острые! Вот, все и полягут, пиками проколотые. Какие сразу умрут, какие – помучаются… Я такое на картине видел – «Поединок Пересвета с Челубеем» называется.
– Ну, что ж, если бывает, то пиши, Коленька. Только не наври ничего. Как думаешь, так и пиши.
– А я уж и написал! Вот:
НАД ПОЛЕМ…
Над полем боя — восход.
Над полем утро встаёт.
По полю боя — туман белый-белый…
Лежат герои, устав |
от молодецких забав. | 2 раза
Душа у многих — отдельна от тела. |
В бурьяны и ковыли
две рати здесь полегли
за то, что разные книжки читали.
Не будет им похорон,
а то, что нету ворон —
так ближе к полдню за этим не станет…
Был дерзок план и хитёр,
да был разгадан манёвр.
В итоге — поровну где-то убитых
Примерно сотня одних,
примерно сотня других…
Выходит так, что противники — квиты.
Над полем боя темно.
Над полем боя луна.
Давно затихли последние стоны.
Над полем вновь тишина,
и то, что где-то война
уже ни птицы, ни травы не помнят…
– Молодец! А ты ничего не наврал?
– Вроде – ничего… На сегодня, по крайней мере, я так и думаю. А как завтра думать буду – не знаю…
– Но это же – песенка! Ей мотив нужен…
– Да мотив-то у меня давно уже в голове думался. А как текст появился, так и мотив окончательно оформился. Маршик такой, сентиментальный, а-ля Окуджава… Уже и послушать можно. Вот тут:
http://www.stihophone.ru/works.php?ID=666
(Ссылку копировать в адресное окно браузера ЦЕЛИКОМ, если кому действительно интересно послушать)
Кто-то в круглом столе писал, что в этом конкурсе следует писать именно о том, как создавалось творение. Если действительно так, то вы попали в самую точку. Но лично я считаю, что здесь нужна не кухня, а именно толкование (даже название проекта говорит само за себя). Говоря проще — нужна рецензия на своё собственное произведение.
Спасибо, Izida.
Но мне кажется, что описанные размышления и «муки творчества» как раз и дают наиболее подробную «интерпретацию» моей песенки. Т. е. объясняют, почему песенка написана именно так, а не иначе, и, что немаловажно, объясняют ещё и то, что другая песенка о войне, написанная мной, была бы неизбежно фальшива и лукава — как бы мастерски я её не сделал бы.
Да и сам процесс «написания», в настоящей работе, на мой взгляд не рассматривается, кроме, разве что, совета «…как думаешь, так и пиши…»
Искренне,
Хэ-ник.
Хай, Ник! Слушай, как же я люблю авторскую песню. У тебя очень приятный голос. И песня замечательная получилась. Есть еще чего послушать? А может и диск имеется? Я куплю. Сообщи, ок?
Приветствую, Дмитрий!
Это — первый мой опыт записи в цифровом формате.
А своих песен у меня — кот наплакал. Комплекс у меня на исполнение — свистящие «с» и «ц» плохо получаются. Так что пою только в узком кругу.
Спасибо Вам на добром слове.
Искренне,
Хэ-ник.
Спорим, рассуждаем, какой будет конкурс, а будет ли авторам интересно? А приходит Хэник, и легко пишет то и о том, чего уж я и помыслить не могла. И поете Вы хорошо!
Спасибо, Валентина.
Тут меня Изида упрекнула в том, что я не соблюдаю условий конкурса, что требуется разбор, анализ своего собственного произведения…
Вот здесь-то, на мой взгляд, и кроется самая большая опасность для организации подобных конкурсов. Как правило, авторы любят свои произведения. И совершить над ними анализ, разбор, «разъять, как труп» (С) — вряд ли кто-то захочет, и при строгих условиях конкурс попросту может не состояться.
«Интерпретация» — это как раз то, слово, за которое можно зацепиться, чтобы таким конкурсом заинтересоваться. Толкование, объяснение, почему та или иная вещь написана автором именно так, а не иначе — весьма частое, иногда подсознательное, желание каждого автора, особенно тогда, когда его стихи (говорю про себя) кому-то непонятны. На этом, вполне естественном авторском желании, конкурс вполне може собрать достаточное количество работ необходимого качества, чтобы состояться.
Разумеется, весь этот разговор с Музой я придумал постфактум, когда песенка была уже написана. «Кухня» сочинения и написания стихов у меня совсем другая — я вряд ли смогу её описать, точнее, — не смогу точно. Ибо, когда пишутся стихи, я перехожу в какую-то другую ипостась, лишённую какой бы то ни было памяти о самом процессе написания и какой бы то ни было оценки окружающей действительности. Не раз за этим занятием в электричке я проезжал мимо своей станции, пару раз чуть не попал под автомобиль…
Впрочем, я отвлёкся.
Вот, к примеру, конкурс «Писатель и язык — кто кого?» дал жёсткое условие «Написать инструкцию…» — в результате всего около двух десятков произведений из которых под наше «канцелярское» понимание слова «инструкция» подпадает четыре-пять. Слава Богу, что остальные авторы не побоялись и выставили свои произведения под это условие не вполне подходящие! (рассказ-диалог автора Отнюдь «Дыра», например, очаровал меня не меньше шукшинского «Микроскопа»!).
А вот если бы в условия конкурса вместо страшных слов «написать инструкцию» использовали бы более мягкие, гибкие «провести инструктаж среди пятипалых инопланетян…», «объяснить инопланетянам…», «проинструктировать…», то, я уверен, и работ бы было больше, и жанры поразнообразнее и жюри было бы вольготнее принимать решения — и всё только потому, что авторов не пугали бы эти слова: «Написать Инструкцию…»
Говорю это потому, что сам сначала решил было не принимать участия в Конкурсе, хотя стихи уже и были написаны вчерне, и лишь ознакомившись в работами смельчаков, вывесивших свои вполне свободные стихи и рассказы — поменял это своё решение на обратное…
Эк я расписался! Закругляюсь.
Спасибо Вам ещё раз.
Искренне,
Хэ-ник.
Уважаемый X-nick!
Рад Вас вновь видеть! Молодец! Озорно, искрометно и смешно!!! С замечательным соусом из самоиронии. Очень и очень ВКУСНО! Спасибо!!! и от меня и от человечества (я обЁм пекусь, если помните).
Спасибо на добром слове, Такой-То…!
Рад с Вами вновь пересечься в этих гулких (по причине обычной пустоты) лабиринтах Портала!
С такими-то-сякими, только, и можно сохранять надежду, что мы найдём путь к Светлому Выходу!
(с:
Искренне,
Хэ-ник.
То, что Ваша работа вдохновила меня на написание моей, я уже писала:) Но теперь ужасно захотелось послушать Вашу песню.
С уважением, Наташа
Примите мое искренее спасибо. Вас очень приятно слушать.
Спасибо, Леди.
Рад был Вам понравиться.
Искренне,
Николай.
Красивая работа, действительно!
Изящно, оригинально, творчески!
Только я не могу согласиться с тем, что не нужны конкурсы с «жесткими» условиями, как Вы пишете в комментариях для В.Макаровой. Конкурсы нужны ВСЯКИЕ, разные, особенно если заявленные параметры дают возможность поучиться тому, что развивает креативность! В принципе, конечно, самому автору своё произведение «препарировать» и не легко и страшновато, но это вообще-то одно из условий литературного мастерства — знать что такие вещи делаются, и желательно уметь это производить грамотно.
Кроме того, данный конкурс содержит ОЧЕНЬ большое разнообразие в жанрах интерепретации (что Вы своей работой и подтвердили):
— аналитический разбор (психоаналитический, например);
— символический (толкование или создание новых символов);
— исторический (если включены сюжеты из истории)Ж
— семантический (это отдельная песня, больше для профи-критиков);
— просто «настроенческий» (как у Леди Осень) или расширительно-пояснительный (по принципу как у прозаиков в этом конкурсе встречается) и т.д.
А сейчас — песню пошла слушать! Жуть как люблю…
Благодарю Вас, Ирина, за добрые слова.
Так вот я и благодарен организаторам конкурса за то, что — цитирую:
«данный конкурс содержит ОЧЕНЬ большое разнообразие в жанрах интерепретации…»
На мой взгляд именно формулировка «ИНТЕРПРЕТАЦИЯ произведения» и даёт нам оное разнообразие.
Жёсткая формулировка, как мне кажется, стала причиной не весьма удавшегося конкурса рецензий, например. А вот было бы сказано как-нибудь помягче, ну, скажем, — «конкурс аннотаций» или «конкурс отзывов», или ещё как — глядишь, и работ бы было представленно побольше, да и конкурс бы получился интереснее…
Ну, всё это только чисто мои, праздные соображения.
Люди, делающие большую работу по организации и проведению конкурсов ничего, кроме слов благодарности от меня не услышат :о)
Искренне,
Николай.