Черное море.
О сталинизме знаю по рассказам и ощущениям отца, а также по книгам и кинофильмам. Когда папа учился в седьмом классе, учительница истории сказала ученикам зачеркнуть в учебнике имя маршала Тухачевского. Видимо, эта деталь особенно болезненно отозвалась в душе подростка. И впоследствии, даже немного выпив, он постоянно возвращался мыслью к несправедливо обвиненным и репрессированным, особой занозой в его сердце был маршал Тухачевский.
… Однажды, вспоминал отец, забрали его отца, дедушку Ивана. Бабушка Татьяна, работала у хозяйки и, убирая комнату, плакала. Женщина поинтересовалась, посочувствовала … Муж хозяйки, видимо, работал в органах, позвонил, куда надо. И в скором времени дедушку отпустили.
… Один раз мне снился Архипелаг Гулаг в виде абстрактного лабиринта, в котором я искала какого-то человека и так и не смогла найти. А ведь для кого-то это не было абстракцией.
Что касается страха в душах людей, посеянных сталинизмом, то он жив и поныне, не чуждо – отдаленно — этого страха и мое поколение, родившееся уже после смерти диктатора.
Однажды подруга рассказывала мне, как работники органов предлагали ей сообщать о семье, с которой она была в хороших, дружеских отношениях. Она отказалась. И навсегда запомнила она тот страх, с каким неслась домой, чтобы стереть черточку с радиоприемника, по которой можно было легко найти нужную волну… Эта моя подруга не пишет мне письма в Германию, ссылаясь на занятость. И я ее понимаю и не обижаюсь. Она в течение нескольких лет читала и редактировала мои статьи. Бывало скажет: «Плохо!» -«Что плохо?»- «Все плохо.»-«А я думала хорошо»,- смеюсь я. Возьму и перепишу все с другого конца.
Или вот хотя бы взять и высказать открыто свое мнение по важному общественному вопросу, скажем в печати… Не каждый сможет сделать это и сегодня. И смогу ли я – вопрос.
«Наше горло отпустит молчание. Наши страхи расстают, как дым»,- Владимир Высоцкий. Хочется верить, что расстают.
… Отец любил Черное море. Любил Одессу, Киев,- города, связанные с его юностью, годами учебы в мореходке. Бывало спешишь помыть его чашку, а он скажет: «Не беспокойся, дочка, все равно все в море будет». Про Ленина говорил так:» Мы и без Ленина знали, что сахар сладкий…».
Недавно на русской ярмарке в Германии, услышала знакомый мотив :
Тот, кто рожден был у моря,
Тот полюбил навсегда
Белые мачты на рейде,
В дымке морской города,
Свет маяка над волною,
Южных ночей забытье,
Самое синее в мире
Черное море мое,
Черное море мое!
Море в далекие годы
Пело мне песни, как мать,
Море меня научило
Грозные бури встречать.
Дорог мне кубрик матросский —
Скромное наше жилье,
Самое синее в мире
Черное море мое,
Черное море мое!
Стонет волна шторомовая,
В дальние дали маня,
Так не ревнуй, дорогая,
К Черному морю меня.
Как ни трудна эта доля.
Мне не прожить без нее.
Самой синеев мире
Черное море мое,
Черное море мое!
И вдруг поняла эти, столько раз слышанные в отцовском исполнении слова песни:
самое любимое, самое лучшее, хорошо знакомое с детства.
В детстве моя одноклассница Галя, отличница, красивая тоненькая девочка, за которой бегали мальчишки, занималась в балетной студии в Дворце пионеров и школьников. Она в составе балетной группы ездила в пионерский лагерь «Артек» на берегу Черного моря. Рассказывала, что каждый день там проводились интересные мероприятия. Я же увидела Черное море, о котором немало мечтала, лишь годы спустя.
Мы с мужем совершили круиз по побережью Черного моря: Ялта –Сочи- Батуми на теплоходе «Адмирал Нахимов» с 28 июня по 5 июля 1985 года.
Нужно ли говорить о том, как год спустя после поездки, переживали мы, узнав о трагедии — о столкновении «Адмирала Нахимова» с cухогрузом «Пётр Васёв»… Ведь это могло произойти и с нами.
«Адмирал Нахимов» — трофейное немецкое судно. Прежнее его название «Адольф Гитлер». Это было большой старый теплоход, множество раз крашенный снаружи. Внутри запомнился ся большой зал для отдыха с красиво инкрустированными стенами и мебелью. Бассейн на центральной палубе. Однажды утром я нырнула в бассейн, забыв снять часы, подаренные мужем. Они остановились. Чуть позже поняла: это был символ …
Я живо себе все представила. Путевки и каюты у нас были не первого класса…Каюта мужа находилась на ярус ниже центра корабля, а моя – почти на самом дне…… Группа туристов из Даугавпился вернулась домой не в полном составе … Однажды, стоя на перроне в ожидании поезда, разговорилась на эту тему с пареньком, ожидавшим, как и я, поезда. Он рассказал, что оказался в числе вернувшихся. Не вернулась треть, по его словам. Сам он прошел курс реабилитации от пережитого шока. А в свою квартиру забирался через форточку — ключ затонул. Из газет узнала истрию двух подруг их Даугавпилса. Одна из них пошла мыться в душ, закрыв свою подругу в каюте на ключ и взяв его с собой. Когда поняла, что случилось, конечно же, испугалась, но помня о подруге, преодолела свой страх, вернулась, открыла дверь каюты… Обе девушки остались живы.
Особенно мне запомнилась публикация в одном журнале. Матьсделала все, пройдя через все этапы поисков затонувших, чтобы тело ее сына было поднято со дна моря. Ее сын, за которого держалось несколько девушек, видимо, не умевших плавать, потонул вместе с ними. «Как горсть винограда…»
Некоторое время спустя прочитала в газете «Аргументы и факты» о том, что кто-то с кем-то сводил счеты… А капитан катера, столкнувшегося с теплоходом, не отличался высоким профессионализмом в своем деле, деле вождения корабля…
На том же самом месте, где произошла трагедия «Адмирала Нахимова» с другим судном, /в бухте Новороссийска/ в 30-х годах были затоплены монахи Ново-Афонского Симоно-Кананитского монастыря/основанного в 1875 году недалеко от Сухуми, рядом с пещерой, где жил, проповедовал и был обезглавлен ученик Иисуса Христа Апостол Симон Кананит/. Вторую партию монахов, 140 человек, привезли в новороссийскую тюрьму. Монахов расстреливали партиями ночью на полосе земли, уходящей в море, которую местные жители называют Косой. Тела убитых затем отвозили к горе Колдун, что в семи километрах от Новороссийска, и там, у подножия горы сбрасывали в яму и засыпали землей. До сих пор точно неизвестно место их захоронения.
Об этом я узнала в «Сокровенных историях» / одна книга из серии «Колокольчики святой Руси»/ Владимира Лермонтова, потомка рода Лермонтовых, рода рыцарей и бардов, мистиков и пророков, посвятившего свою жизнь изучению человека, бытия, Вселенной.
Первые впечатления.
Раннее детство прошло на воде. Самые первые впечатления связаны с пространством реки: родители живут и работают на барже, рудовозе. Припоминается огромный деревянный шлюз, на краю которого меня, неправильно одевшую в спешке сандалии, учат отличать лево-право /сено-солома/. Стою, опустив голову и думаю, где же наша баржа и какой высокий этот шлюз, и что есть сено и солома?
Первые слова, осевшие в подсознании: дебаркадер, камбуз, бакены,трос, пришвартоваться, стать на якорь.
Откроем Толковый словарь живого великорусского языка Владимира Даля. Дебаркадер. Слово это французское и означает место прихода и отхода поездов по железной дороге; пристань.Поищем слово пристань.Оно не выделено в отдельную статью. Итак, слово «приставал», «пристало к чему, или где. О судах: привалить, привернуть, стать, остановиться; причалить,стать на причале, привязать судно.Пароход пристает по пути в трех местах. Берег отлог, пристать нельзя. Пристать лодкой к судну.»
Запишем два интересных, на мой взгляд выражения: «К миру приставай, а от мира не отставай»/хорошие слова/ и «От русских отстал, а к немцам не пристал»…Интересное высказывание…
Припонинаются берега рек, отлогие и крутые, с птичьими гнездами на крутых склонах, огни бакенов в полумраке, пришвартовки к пристаням, канаты и тросы /Трос- морское..Веревка, идущая на бегучий такелаж, простого, трехпрядного спуску.-Вл.Даль/.Тросы были скорее стального переплетения.
Были дружественные семьи, плававшие на таких же баржах, как и наша. Встречи с людьми запоминались. Каждый привносил что-то новое, была ли то улыбка, веселый смех или какая-то особая манера. Помню, как поставили кружку с горячим чаем в тазик с холодной водой –удивилась. Или разрезанный надвоенное и исполосованный ножом огурец /зачем?/, присыпанный солью – самые первые ощущения.
Магазины на пристанях. Бело-синяя неизменная этикетка на жестяных банках сгущенного молока, рядами стоящих на полках. Мама рассказывала, как однажды они не могли понять, чего же хотелось бы ребенку, сказавшему:» Хочу кабзики». Потом догадались: колбасы. Конечно, хотелось бы и сгущенки…
Водные пространства, кручи и водные испытания- ловушки занимают и сейчас немалую часть жизни, напоминая что-то языком сна….Например, иду на ходулях по водной поверхности…
Белое озеро.
Несколько раз по профсоюзной путевке с работы отца ездили с сестрой в пионерский лагерь отдыха за город, на Белое озеро. Почему оно так называлось? Может быть, за красоту? Рано утром озеро было в туманной дымке, которая быстро рассеивалась, открывая тихую мягкую красоту озера. Поговаривали, что когда-то на его месте была деревня, которая однажды ушла под воду…
Запах сосны, прелой листвы, запах леса, черничник. Утренние и вечерние линейки с поднятием флага пионерского лагеря, на подъем которого вызывали лучших пионеров, сделавших что-то хорошее, значимое для всех отдыхающих.В распорядке дня было много свободного времени. Иногда привозили и крутили старые черно-белые фильмы.
Помню, как в беседке у Белого озера читала «Госпожу Бовари» Флобера. В других переводах писалось: «Мадам Бовари», но мне больше нравился перевод, прочитанный в детстве – Госпожа. Главное понимала: написано о любви, и написано хорошо. Лишь впоследствии, перечитав роман, смогла оценить художественные особенности стиля Флобера, его замечательные сравнения.
Вообще мы много читали.Иногда запоем. Мама говорила мне, какие книги ей нравились, и я читала эти книги. Это были романы Дюма /особо запомнилось, хромоножка Лавальер, которая призналась, что любит короля и тот, подслушавее эти ее слова, полюбил ее/, Стендаля /романтические герои, преисполненные страстей/… Из русской классики особо выделяла Тургенева. Мне нравились тургеневские девушки, нравились интересные, содержательные диалоги героев. Все прочитанное создавало некий романтический настрой мыслей в ожидании будущего, в ожидании любви.. Из поэтов особенно любила Сергея Есенина. Его искренние, лирические стихи, полные любви к женщине, к родине и ее природе переписывала в городском читальном зале в тетрадочку… «Как жену чужую, обнимал березку». Представляете, как сильно любил… Впоследствии, совершая путешествие по Волге и будучи проездом в Москве в 1988 году, мы посетили Ваганьковское кладбище, где похоронен Сергей Есенин.Рядом с ним похоронена Галина Бениславская, застрелившаяся на его могиле…
Могилу Высоцкого искать не пришлось: его похоронили прямо у входа, видимо, опасаясь за толпы поклонников, которые непременно придут на могилу. Мужчина, вероятно, поклонник поэта, находившийся у его могилы, рассказал нам, что в могилу с прахом Высоцкого положили магнитофон с двухсторонними записями его песен. И его охрипший баритон звучал из-под земли, как сквозь слой воды в Атлантике мерцало несколько мгновений фантасмогорическое сияние расколотого надвое «Титаника» апрельской ночью 1912 года.