Нет на свете гвоздя, на который бы я не наткнулась,
нет такого дождя, под которым не вымокла вдрызг…
Но открыла печаль сотню тайных янтарных шкатулок
и плеснула в лицо миллионы колодезных брызг…
Говорят, бабий век – сорок лет. Сорок бед, сорок вёсен…
И вороны – поют! А чего б им, весенним, не петь?
У причала меня дожидается лодка без вёсел,
И под нею вода – как зелёная старая медь…
Я гвоздём на бортах нацарапаю «Santa Elena»,
и умоюсь дождём, – не сходить же – буквально! – с ума…
Мне закат кумачом перевяжет больное колено,
и вослед пропоют о прощанье славянки с холма…
