Девушке с никнеймом «полуночница» посвящается… Мурашки по коже вязью… На сердце тепла, нега… В словах твоих нежных вязну, Как вязнут в февральском снеге… В словах твоих слышу чувство… Похоже, калитку в душу, Расхлябить придется, с хрустом… И рифму, в кровавом пунше Забытых «love story» жизни Омыть… Чтобы вспомнить снова Те …
Спасибо за вдохновение, моему другу и коллеге, А.Л. Леонидову и его одноименной повести. Памяти детства и юности сельской знакомо Солнце палящее — двигатель душного зноя. Двигатель мощностью в тысячу сил насекомых, Тонко звенящих… Не знающих сна и покоя… Жаркое солнце, полей золотящее трАвы, Сквозь изумрудную зелень кустарников клейких, Что нависают …
И встретятся стрелки… И слюбятся стрелки… Их стон заглушит свистопляску метели… Напьюсь… Сквозь салат поцелуюсь с тарелкой, Дав повод судачить гостям-пустомелям… Приснится любимая в платье нарядном… Приснится живая… Приснится, как прежде… Сквозь сон, вновь услышу укоры… Да ладно… Вам не объяснишь… Вы ж, мещане, невежды… Да я и общаться с …
Здравствуй, ключница луна!.. Здравствуй, моя милая!.. Снова бродишь по небу сонною кобылою?.. Просьбу мою выполни… Расскажи любезная, Приоткрой былой секрет дурачку болезному!.. Посвяти в избранники — посвети мне в прошлое, Расплачусь поэзии золотыми грошами!.. Лик печальный, истины, покажи мне, старая — Правда ль хулиганствовал и кутил со шмарами Златоглавый юноша …
А-ля В.Тушнова :-)) Не волнуйся, все еще будет: Прокуроры тебя осудят, Терапевты тебя залечат, Обсчитает кассир в магазине. Не волнуйся, все еще будет: Гнид, впервые, найдешь на мУдях, Осознаешь, что жизнь не вечна И любовь твоя к девушке Зине. Не волнуйся, все еще будет: Плюнут в душу близкие люди, Жизнь …
Был денди, один… а другой был крестьянин — Великой России поэты!.. Повеса был первый… второй хулиганил, А их обожали за это!.. И я — записной хулиган и повеса, Жарющий водку с бандитами, По ним закажу стихотворную мессу В церковенке воском залитой… Потом в ресторан… и кутить до рассвета, Стихи декламировать …
Девушке с никнеймом «полуночница», посвящается… Мурашки по коже вязью… На сердце тепла нега… В словах твоих нежных вязну, Как вязнут в февральском снеге… В словах твоих слышу чувство… Похоже, калитку в душу Расхлябить придется, с хрустом… И рифму, в кровавом пунше Забытых «love story» жизни Омыть… Чтобы вспомнить снова, Те …
Маятник качается, Путь-дорожка стелется — Жизнь все так же мается… Смерть все так же телится… Лжива, сук@, первая — Серость и страдание… Но с костлявой стервою, Тягостно свидание… Потому и мечемся — Ложь в успокоение, Мол, ДУШОЙ излечимся… Бренное гноение Сменим на бессмертие… Век рассудок мучаем, Что огнем и вертелом, …
Душу я на колдовство Променяла, И колдую-ворожу Среди ночи, Чтоб любовь ко мне твой дух Растерзала… Чтобы тело твое мучилось в корчах… Я зашью тебе в подклад, Мил-дружочек, Локон собственных волос — Символ страсти, Чтобы бесы под ребро, Разум в клочья… Чтобы сердце разорвалось на части… С черной силой сватовство …
Треск прибора… Радиация?!.. Опасность…?!.. Нет, он просто измеряет совесть. Труд сей тяжек, но реален… Вносит ясность — В этом мире грешном «КТО»… и «ЧТО» есть… Дайте галоперидолу — плакать страшно… (Это чувство, дело наживное?) Восемь буйных «музыкантов» у параши, Нимбы обрезают «на живое»… Зритель-слушатель прильнул к радиоточке… Тут же Зигмунд …