Солнечный вечер будет моим достояньем; Грешник усталый, старость узнаю в раю. Нищее время кормилось моим обаяньем, Щедрая вечность душу питала мою. В солнечном сердце жадные стрелы вопросов Рыщут напрасно, книжную мудрость ища; Льется меж пальцев таинственный дым папиросы, Вьется в молчании вещая ветка плюща. Там — за плечами — синяя …
Без руля и без паруса, Без бортов и без дна Ты летишь моя лодочка, Голубая Волна! В этой скорбной юдоли Демиурга блаженного сна — Только мертвые могут без боли, Только лодка поэта без дна. &
Розовые сумерки московские апрельские сочатся в душу первою любовью. Пронзительно синий вечер апрельский эхом застыл бесконечной печали. Око луны наливается мертвым холодным сияньем. Разноцветные окна домов щедро дарят иллюзию где-то всамделешней жизни. Это вечность сама предстоит потрясенному взору ребенка. Он игрушки забыл на потертом персидском ковре. И щемит и щемит …
Задрожал и качнулся перламутровый мир бытия, Я в ладони лицо опустил, золотую улыбку тая: Я — не я: промелькнуло мгновенно мгновенно мгновенно… Сам себе, уходящему в То, улыбаюсь блаженно блаженно блаженно блаженно… В бесконечности вечно бредя, Я уперся в зеркальную твердь, И заплакал навзрыд, как дитя, Отразившись в конечную смерть. …
Я ДАВНО ВСЕ СКАЗАЛ. ОСТАЛЬНОЕ — ДВИЖЕНЬЕ ПО КРУГУ. ТАК МЕНЯ НАКАЗАЛ МИЛЫЙ ДРУГ, УВЕЛИЧИВ РАЗЛУКУ. И В КРУЖЕНИИ СЛОВ ВОЗЛЕ ВЕЧНОГО СВЕТА МОЛЧАНЬЯ — СРЕДИ ВСЕХ МОТЫЛЬКОВ — МОТЫЛЕК Я ТАКОЙ ЖЕ, СЛУЧАЙНЫЙ. &
Возможность это чистота уст нецелованных. Возможность это чистота снегов нетронутых. Возможность это пустота сознания. Возможность это глубина бездонная. И покидает ложе сна весна влюбленная, И сладость поцелуя пьют уста, Цветеньем трав сознанье полно, И лодочник шестом нащупал дно, И улыбнулось сердце безнадежное, Когда узнало что возможно невозможное. & это чистота …
Она спросила — где же твои звезды? А он с улыбкой вывернул карманы. Она сказала — рано или поздно… А он ответил — поздно или рано… И маятник фуко не покачнулся, И умерший в лице не изменился, Она ушла, и он не оглянулся… И только путь один перекрестился. &
Я хочу умереть, чтоб увидеть Тебя. Я следы потерял в этом мире Твои. Я разлуку терпел и растаял, терпя, Как свеча под огнем безответной любви. &
Любимая осталась безымянной, Желанье жить слабеет с каждым днем… Но розы срезанный цветок благоуханный Еще сияет матовым огнем. &
И новые люди придут, и про нас не узнают. Деревьями став, мы листвой прошумим, прошумим… Я буду кленовым опавшим листом пятипалым Стелиться им под ноги, тихо шепча — оглянись… &