* * *
Ах, Москва моя
златоглавая!
По твоей ли вечной наивности,
как по озеру
по Чудскому ли
всё плывут корабли,
что без гавани.
А и ты, Москва,
залюбуешься,
закрасуешься,
закупечишься
и припомнишь
бои кулачные —
те жестокие
буйства буйные.
Сотвори-ка ты чудо чудное,
раздари свою
милость людям-то:
терема свои
светозарные
со окошками
да косящаты.
Что в окошечках —
ясно зарево,
а на маковках —
по святу кресту,
по святу кресту
православному,
чтоб поднять главу
да покаяться,
а покаявшись —
закручиниться,
закручинившись — приосаниться,
приосаниться, осенить себя
крестом праведным —
правдой-матушкой.
Ах, Москва моя
златоглавая!
Совсем недавно иду я по первосвятому городу семи колодцев Авраамовых, и вдруг вижу человек десять русских витязей, которые в нашем скверике под названием Сиетл, одягнувши на себя доспехи, тузят друг друга мечами. Хорошо, что, пока что, деревянными. Так что, Москва сейчас не только в Московской области. Поразъехались и сражаются.
Я ж писала это аспиранткой ( к сожалению, не в области архитектуры, это аристократично), писала серьёзно. А что это воспринимается так лубочно? В.