А была Магдалина – рыжею,
Непутевою жрицей тела.
Возжелала Христа, бесстыжая,
В нем мужское любить посмела!..
А потом она, дура смелая,
Прислонилась к стене лицом…
И слилось со стеной лицо белое…
Стал Он Сыном ей и Отцом…
Страсть предельная, невозможная –
Чем ей стать, упершись в предел?
Вот… задумалась осторожно я…
Просто мысли – без прочих дел…
