На мозаике снов вырастают стручковые дни,
Превращаясь в труху под напором бесчисленных «срочно».
Вместо четкой мелодии сна — лишь невнятный подстрочник.
Мы — в ливрейных шелках от кутюр — в марш-броске на олимп.
По изнанке стены подбирается к окнам рассвет…
А у нас — неизбежные списки на день, на неделю,
И на год. Мы спешим. Мы успешны. Мы пахнем Шанелью.
Мы корректно-сухи — менестрели отчетов и смет.
Но опять — в сотый раз — неприкаянный вечер испит,
И за пестрой завесой — колпак шутовской да арена.
* * *
А за гранью — усталое солнце (пятак неразменный)
Зацепившись за краешек дня, на околице спит.
