МОНОЛОГИ ШЕРЛОКА ХОЛМСА
1.
Лишь засияет глянцем Бэйкер-стрит,
Как новая почтовая открытка,
Прошествует по ней неспешный бритт
(Трость, котелок, гамаши и визитка).
И сразу нам укажет грузноватость
На цвет его румяного лица,
На страсть к бифштексам и семейный статус…
Но, в основном, с высокого крыльца,
Где греемся в полуденных лучах,
Мы созерцаем юных устремленье
Без зависти, скорей, с недоуменьем, —
Как им понять блаженство черепах?
Жизнь объявляет нам последний шах.
Конец игры. Мы, доктор, обелиски, —
На смену нам уже с другим английским
Пришли мальчишки с серьгами в ушах.
Они спешат на фильмы с Джеймсом Бондом.
И всё так ярко, но не вглубь, а вширь…
Каким неузнаваемым стал мир!
Ах, Ватсон, как же изменился Лондон!
2.
Помилуйте, но я не Паганини;
Не тот, который мог смычком позвать
И музыкою вечной на вершине
Вас и Европу всю околдовать;
Хоть есть и доля сходства: пальцы-змеи,
Глаза, как угли… Разные пути
Мы выбрали: он мог, а я не смею
С одной струной в историю войти.
Вы кажетесь рассеянным и сонным,
Роняете предметы невзначай…
Давайте, я сыграю Мендельсона,
А миссис Хадсон принесёт нам чай.
3.
Вы замечали, доктор, что осколки
Напомнят лишь (отнюдь не воскресят!)
Нам то, что на столе или на полке
Стояло краткий миг тому назад,
Играя светом? Склеивать усердно
Их снова вместе – бесполезный труд:
Природа к новым жизням милосердна,
Но те, кто жили, больше не придут.
Лишь в снятом фильме, словно по заказу,
Как будто ничего их не берёт,
Осколки снова соберутся в вазу
При плёнке, пущенной наоборот.
Вращенье стрелок – сущая безделка
Крутить вперёд их, отводить назад!
Но где-то есть ещё другая стрелка
И неподвластный воле циферблат
С этапами назначенными; между
Их цифр и рисок с тиканьем в груди
Она скользит туда, где ждёт надежда,
Историю оставив позади.
Нет больше праздника, но есть осколок,
Застрявший в нас и хвойном веществе
На тротуарах выставленных ёлок
Как память о прошедшем Рождестве.
4.
Усядемся. Я трубку раскурю.
И вспомним май: он был мечтой увенчан
Знать августовский зной, красивых женщин,
Грусть сентября и зрелость к ноябрю.
Сейчас декабрь – и больше не быстры
Ни старый доктор, ни матёрый сыщик:
Давно развеял ветер пепелища –
Восторгов отгоревшие костры;
И повесть, что казалась нам проста,
Пока не содержала криминала,
Закончится не пафосом финала,
А точкою последнего листа.
Звонок! Спросонья встрёпанный, босой
Вы дверь открыть… Не нужно одеваться…
Там гостья в капюшоне и с косой.
Всё это так элементарно, Ватсон!
Монологи очень хороши. Рассуждения о стрелках часов, об осколках, об обратном ходе кинопленки, о новой яркости не вглубь, но вширь, о послепраздничной елке с осколком украшения — все это настолько точно и вместе с тем лаконично. Высокая концентрация образов при легкости изложения — вот что завораживает!
Ваш друг Андрей Шаповалов
Монологи очень хороши. Рассуждения о стрелках часов, об осколках, об обратном ходе кинопленки, о новой яркости не вглубь, но вширь, о послепраздничной елке с осколком украшения — все это настолько точно и вместе с тем лаконично. Высокая концентрация образов при легкости изложения — вот что завораживает!
Ваш друг Андрей Шаповалов
«Бритты — кельтские племена, составлявшие основное население Британии с 8 в. до н. э. по 5 в. н. э.»
А потом англо-саксы выгнали их с острова. Ну да ладно. В конце концов, раз уж опыт по клонированию Холмса и его окружения (профессора Мориарти не забыли?) удался, то отчего же бритту с глиняным котелком и тростью из комля молодого деревца не пройти по Бейкер-стрит. Но насколько Холмсу любопытно наблюдать за переменами (он, наверное, подметил много нового, однако автор не потрудился об этом рассказать), настолько нам скучен авторский Холмс. Да полно, Шерлок ли это? Где его энергия, его активность? Где черты лица, чувства? Где проницательный ум, где дедукция? Увы, этот псевдо-Холмс больше напоминает разжиревшего кота из дома мистера Джека, который уже не ловит синицу, а лежит на высоком крыльце (!!! ну не Холмс же в самом деле там развалился и с крыльца определяет цвет лица по грузности?!!))) и скучает, подобно принцу Флоризелю. Кстати, насколько Вы помните, Холмс встречал свои последние дни не на душной Бейкер-стрит, а в единении с природой, поправляя здоровье продуктами пчеловодства…
Короче, перед нами черепаха, обелиск, кот, кто угодно, но не Холмс. А точнее — безликое нечто, о котором нам известно не более, чем слепому о пейзаже Швейцарии. Штрихи, которые автор как бы случайно выхватывает из темноты, только добовляют неопределённости. Автор пытается повести нас за собой, но сам не ориентируется ни во времени, ни в пространстве:
«Лишь засияет глянцем Бэйкер-стрит…
Где греемся в полуденных лучах»
Какое это время суток? Если шёл дождь — у поедателя бифштексов должен быть по крайней мере зонт… И это возлежание на предсмертном одре на крыльце собственного дома не слишком хорошо характеризует миссис Хадсон…
Кстати, о Хадсон… Она-то ещё могла в детстве слушать игру Паганини, а вот Холмс — вряд ли. С одной струной в историю можно скорее попасть, чем войти. Жаль, что познания автора о Паганини заканчиваются на уровне бородатых баек.
«Вы кажетесь рассеянным и сонным,
Роняете предметы невзначай…
Давайте, я сыграю Мендельсона»
«Дорогой, наша курочка что-то загрустила! Может, зарезать её?»
«Ты думаешь это её развеселит?»
И снова — монолог ни о чём. Ни о себе, ни о музыке, ни о Паганини… Банальный полусонный трёп между чаем и Мендельсоном. И какая разница, кто болтает: Холмс ли, Чеширский ли кот, какой-то русский автор в глухой деревне. Треп ни о чём, не несущий ни эмоций, ни мыслей, ни энергии…
Самое главное — вторичность текста. И безликость. Безликие рифмы, монотонный ритм, избитые метафоры и сравнения. Почему если разбитая, то обязательно ваза? Начитались «Цветика-семицветика»? Могу признаться в собственной банальности — только у себя припомнил в стихах по крайней мере две… А вот до «хвойного вещества» не додумался. Что это? Зубной элексир? И снова — безликость, пустота, случайные образы не к месту…
В общем, если резюмировать, то развалине-Холмсу не поглянулось в нашем времени (или клонирование прошло неудачно) и он благополучно скончался, прихватив с собой сотоварищей.
А если о стихах — похоже, что это тоже продукт клонирования и он, как и многие подобные проекты, тихо скончается на залитом солнцем крыльце…
Дмитрий, ответь мне на один вопрос: это, вообще, подборка стихов?..
Вопрос снимается — читал только подборки — но всегда открываю сразу несколько страниц — и заблудился — думал, что это размещенно в подборках = что, конечно, было бы неверно.
Видимо автор решил улучшить Дойла! Дло благородное, но чего ради?