Как-то на стареньком глобусе, выцветшем до белесости,
Ярким плакатным маркером играло дитя в города.
Щурясь от удовольствия (шар – интересней плоскости!),
Крутило, зажав коленками, плоды своего труда.

Детство – пора беспечная, глобус наскучил вскорости,
И упорхнуло дитятко, забросив цветастый шар.
Я же – по странной прихоти, и – без малейшей кОрысти,
Шарик пятнистый глобуса — безделью оформил в дар.

Точки столиц на глобусе четкими яркими пятнами,
Как письмена из прошлого, сложились в странный узор.
Так иногда внимание, путями, нам не понятными,
Легко превращает в знание всякий, казалось, вздор.

Школьным помятым циркулем, с тем же плакатным маркером,
Мое любопытство добавило глобусу пестроты.
Брови выгнуло домиком, мозг прокатило чартером :
От «обалдеть!» — к «не может быть!», ну и опять – к «ух, ты!».

В четкие кольца – полосы, с центром — родным до смятения,
Забава моя упрятала на глобусе города.
Шоком этого опыта — вздыбило самомнение,
И развернуло сознание, отныне – и навсегда.

А центр колечек памятных, грАды Земли объемлющих —
Милая сердцу вотчина, где, верно, бывали и вы.
Владеющий миром. В златых куполах нестареющих.
Всего три часа автобусом, от матушки, от Москвы

Как-то на стареньком глобусе, выцветшем до белесости,
Ярким плакатным маркером играло дитя в города.
Щурясь от удовольствия (шар – интересней плоскости!),
Крутило, зажав коленками, плоды своего труда.

Детство – пора беспечная, глобус наскучил вскорости,
И упорхнуло дитятко, забросив цветастый шар.
Я же – по странной прихоти, и – без малейшей кОрысти,
Шарик пятнистый глобуса — безделью оформил в дар.

Точки столиц на глобусе четкими яркими пятнами,
Как письмена из прошлого, сложились в странный узор.
Так иногда внимание, путями, нам не понятными,
Легко превращает в знание всякий, казалось, вздор.

Школьным помятым циркулем, с тем же плакатным маркером,
Мое любопытство добавило глобусу пестроты.
Брови выгнуло домиком, мозг прокатило чартером :
От «обалдеть!» — к «не может быть!», ну и опять – к «ух, ты!».

В четкие кольца – полосы, с центром — родным до смятения,
Забава моя упрятала на глобусе города.
Шоком этого опыта — вздыбило самомнение,
И развернуло сознание, отныне – и навсегда.

А центр колечек памятных, грАды Земли объемлющих —
Милая сердцу вотчина, где, верно, бывали и вы.
Владеющий миром. В златых куполах нестареющих.
Всего три часа автобусом, от матушки, от Москвы