Егору нужна была работа. Наступило лето, и институт закрыли на каникулы. Конечно, закрыт он был не буквально — готовился к приему абитуриентов. Приемная комиссия работала, работали и студенты на стройке нового корпуса. Но для Егора вакансий не было.
Утром в субботу Егор надел единственный, а потому любимый светло-оливковый костюм. Для официоза Егор повязал синий галстук, который достался в наследство от деда.
В подъезде Егор столкнулся с Михалычем. Михалыч – старый шахтер всегда имел вид неопохмелившегося человека. Егор никогда не видел старика пьяным. Но Михалыч всегда был с бодуна и клянчил денег на поправку. В этот раз карман пиджака у Михалыча заметно оттопыривался. Старик ограничился просьбой о сигарете. Изучив Егора от черных лакированных туфлей до галстука, Михалыч усмехнулся:
— Ишь, сотрудник…
Из подъезда Егор вышел с галстуком в кармане.
Предприятию, изготовлявшему туалетную бумагу, требовался кладовщик. О чем говорило объявление в газете.
В приемной на столе стоял компьютер, принтер и банка с растворимым кофе. Из огромной двери, как врата рая, появилась секретарь. Ее глаза, до неприличия, были синими. А улыбка была столь белоснежной, как накрахмаленная рубаха Егора.
Егор сказал, что желает получить работу кладовщика. Девушка молча достала анкету и передала ему.
Возвращая анкету, Егор узнал, что кладовщик им не нужен, а требуется резчик бумаги. Не расспросив подробностей и не узнав о зарплате, Егор махнул рукой:
— Пойдет.
На улице он снял пиджак. По дороге домой, возле «стекляшки», к нему подошел алкаш, у которого в руках был букет из ромашек и одной гвоздики. Алкаш наступил Егору на лакированную туфлю и заговорщицки предложил:
— Купи, братан, цветы, — сказал алкаш и отрыгнул в лицо перегаром и плохо переваренной пищей.
— Не надо, братан, — передразнил Егор.
— Ну как не надо? — не сдавался алкаш. – Бабе подаришь.
Преподнести цветы своей девушке Егор был не против. Но сегодня встречаться с возлюбленной не было в планах. Да и гвоздика была какой-то странной. Стебель ее был надломлен и восстановлен прозрачным скотчем.
— Не хочешь цветы, — не унимался мужик. – Дай на проезд.
Егор вздохнул и достал деньги.
— Мало, — возмутился алкаш.
— Ты чего, на такси собрался ехать.
— Нет, мне туда и обратно.
Егор достал еще денег. Мужик, не поблагодарив, побежал в «стекляшку». Возле входа он выбросил цветы в урну.
Возле дома Егора ждала машина с друзьями. Из окна на втором этаже доносились звуки гармошки – Михалыч похмелился.
(продолжение следует)