«Четверть века не дата, и даже надеюсь на то…»

Четверть века не дата, и даже надеюсь на то,
Что не срок, от которого, спрятавшись молью в пальто,
Ты посредством предчувствий, свидетель которым Платон,
Замыкаешь в движенье к планете планктон.

Тупиковые улицы в окнах хранят горизонт.
Ты идёшь миллионами брызг. Как сказал бы Эзоп:
Даже облако, прыгнув с разбега на выгнутый зонт,
Не испортит тебе кислород и азот.

Ох, с какой бы тебе не везло безглагольной страной,
Повернувшись к стране, извиняюсь, другой стороной,
То есть, если сказать относительно сферы земной —
Южным полюсом, в данном контексте — спиной.

Привыкай к постоянству — быть вечно простуженным здесь,
Но на людях мизинцем в глубины сознанья не лезь.
Ртутной линией целится в сердце железное Цельс,
А целительство — не бесконечный процесс.

Ибо ты уже мёртв, ибо сам отвыкал от тепла,
Пустота по хребту отсыревшим морозцем текла.
Эта жизнь просмотрелась сквозь сны и палитру стекла,
За которым — любовь так картинно сгорала дотла.