Глава 3.
В результате более пристального знакомства с творчеством профессионального лирика Николая Эс., родилась пародия –размышление.
На Слепому музыканту. (Николай Эс.)
Доверьте музыку души
Рукам слепого музыканта,
Чтобы слезой стекала доминанта
С недосягаемых вершин!
Доверьте музыку рукам,
Что принимают мир на ощупь!
Так ветер переборами тревожит рощу,
Внося гармонию в сумбурный птичий гам.
Доверьте слух его воображенью!
Доверьтесь слуху вечной темноты:
В нём так светло немое вопрошенье
Святой любви и ясной красоты.
Доверьтесь чувству своему
Не по расчёту – по наитью,
Чтоб приютилась музыка в укрытье
Под сердце сном, что посещает тьму!
Доверьтесь сердцу и словам:
Они найдут стихи для песни!
Доверьтесь песенке простой без всяких «если»,
И жизнь такие чудеса откроет Вам!
Тогда Удача Вам воздаст своё доверье.
Простится всё, в чём был и не был виноват.
Но не ломитесь – тс! – с криком «браво!» в эти двери!
Сыграй мечту мою, незрячий музыкант!
_________________________
Пародия-размышление.
Доверьте написать стихи
Рукам незрячего поэта.
За доминантные грехи,
Знать, наказанье Божье это!
Доверьте рифмовать мозгам,
Что в души тыкая наощупь,
Мол, «примитивны», «репы проще»:
И , напролом, всем – по серьгам!
Доверьтесь! Тот, кто тугоух —
Тот видит в темноте, как кошка ,
Пусть свет в чужой душе — немножко!
Но слышит — лишь себя! Во, слух!..
Доверьтесь чувству языка,
Великого! Не по наитью,
Слюною брызжет из прикрытья –
И ядовит, наверняка!
Пристроив песенку в укрытье,
Что приютилася сама,
Без всяких «если», не ломитесь
К мечте стать «горем от ума».
Доверчивость, такой был случай,
Вас может довести до ручки!..
Из пишущего стать при этом —
Читаемым , есть шанс, поэтом…
Николай Эс, отреагировал быстро и энергично, что и ожидалось:
«Зло! Но, к сожалению, совсем неостроумно. Приютилася…» Если найдёте в моих работах глагол какой на -ся, с меня — ящик Шампанского, хоть по почте!»
И отметился даже в моей Гостевой книге:
Я с женщинами нЭ воюю!
Тем более, когда в них столько злости.
Вы эпиграммками своими бряцать бросьте,
А то от страха – раз! – и вдруг совсем помру я!
Хоть не такое мы своим лаптём хлебали,
Всё переваривали: много в ей, в печёнке,
Той самой желчи; не одной ещё девчонке
Стихом высоким укажу святые дали.
Кто ж столько сил извёл на так себе пиита?
Рифм расточительница! – посмотрю-ка фотку…
Такой занюхивать бы вместо хлеба водку!
Красавица! Простите иезуита!
То «ты», то «я» я от избыточности чуйства!
Был, всё же, мальчик, сын внебрачный Шмидта – Отто!
Да чёрт с ним, с Отто! Мне бы к Вам, в Торонто!
Да где уж мне уж, ведь в душонке моей пусто.
Истратил яд свой весь на вирши-доминанты,
А весь умишко поистыкал в души, варвар.
Порошкино под Питером – не Гарвард!
Какие здесь в глуши чухонской музыканты?
Лабаем скромненько себе на балалайках.
Куда там три аккорда? Два! А то и меньше!
И вообще, о песнях знаем мы от Пельша.
И от любимого Киркорова по «Зайке».
Так, сдуру, сослепу и спьяну, слово к слову
Наковырял каких-то слов, язви ё душу,
Чтобы прославиться, а сел, пардон Вам, в лужу.
А Вы так грамотно, дуплетом – бах! – готово!
Так всё научно, хоть и неинтеллигентно!
Но нам, порошкинским, не привыкать к такому.
Хоть графоманство и набило мне искому,
Кто кроме Аstrы о Мыколе вспомнит бедном?
А не театра ль Буфф Вы, Astroчка, засола ?
С поклоном к Вам
Пиит порошкинский
Мыкола
