Пущенная стрела
(Из цикла «Белый Голубь летит»)
Автор: Титан Один
1titan@rambler.ru
Я — пущенная стрела,
И нет зла в моем сердце, но
Кто-то должен будет упасть
Все равно…
А зачем, зачем мне эта земля,
Зачем мне небо без ветра и птиц?
Я — пущенная стрела.
Прости…
О, как много погасших огней,
Как много рук, что нельзя согреть.
Так мимо, мимо, мимо.
Скорей…
Э.Шклярский.
— Джоан Стайн, — Председатель Комитета по космонавигации был сейчас строг и официален, — Вы выдержали необходимый конкурс и объявляетесь сегодня командиром звездолета «Стрела» и начальником Четвертой межзвездной экспедиции.
Присутствовавшие члены Комитета, сидя, приветствовали Джоан поднятой правой рукой. Джоан стояла перед ними.
Она постаралась четко произнести стандартную формулу, добавив к ней кое-что свое:
— Благодарю представителей высокого Комитета за оказанную мне честь. Надеюсь, что не посрамлю славы своих предков.
Много лет она шла к этой цели. Многим пожертвовала ради этого.
Чуть позже они беседовали с Председателем один на один.
— Вы получили инфо-кристалл, Джоан? — спросил Председатель.
— Да, сэр, — она кивнула, и непослушные каштановые волосы упали ей на глаза.
— Там все, что касается гибели «Азимута», корабля Третьей межзвездной, и
предшествовавшего этому рейса к Сириусу беспилотного зонда «Бентос». Зонд к Альфе Большого Пса отправился тогда же, когда «Верность» ушла к Летящей
Барнарда. И тот, и другой рейсы были не слишком успешными. «Верность» привел обратно единственный оставшийся в живых пилот, который вскоре после этого умер. Зонд вернулся на Землю, но его информация ничем не помогла предотвратить трагедию «Азимута».
— Единственное принятое нами искаженное сообщение с «Азимута» Вы прочитаете. Экипаж звездолета столкнулся с явно враждебными действиями неизвестной цивилизации. Это привело к гибели двух членов экипажа и прогрессирующему выходу из строя аппаратуры корабля. В сложившихся условиях командир «Азимута» принял решение о самоуничтожении. Тем самым он уничтожил всякую информацию о том, откуда пришел звездолет. Более того, в своем сообщении он советует нам никогда больше не посылать корабли в систему Сириуса. Видимо, опасность действительно была велика, и главное — неясен ее источник. Возможно, мы бы прислушались к этому совету, если бы не одно «но».
Председатель испытующе посмотрел на Джоан.
— То, что я сейчас скажу, должно остаться между нами.
— Да, сэр.
— Все эти годы после окончания войны с чужими мы вели активные переговоры с титанианами. Я имею в виду, с теми уцелевшими, относительно здоровыми существами, которые еще способны к каким бы то ни было переговорам. Ведь они тоже брали в плен чужих и изучали их сбитые корабли. Некоторые секреты, позволящие Вам, Джоан, не растеряться при встрече с чужими, тоже на инфо-кристалле. Так вот, титаниане твердо убеждены в том, что чужие пришли из системы бело-голубого Сириуса. Земляне не столь категоричны, но все же, согласно интегральной компьютерной оценке, вероятность именно такой модели — более семидесяти процентов.
Джоан казалась изумленной. Председатель кивнул.
— Мне не хочется Вас пугать, дорогая Джоан, но все сто с лишним боевых звездолетов Особого отряда Космофлота уже приведены в состояние повышенной боевой готовности. Не исключено, что мы стоим на пороге второй галактической войны. И Вы, Джоан, должны быть к этому готовы.
— Я поняла, сэр, — Джоан слабо улыбнулась. — Но ведь я не буду совсем одинока. На «Стреле» установлена и работает гиперсвязь.
— Вы правы, дорогая, — согласился Председатель. — Только ваши начальники будут регулярно меняться. Впервые земной звездолет полетит на скорости, очень близкой к световой. Возникнет релятивистский эффект. На Земле время пойдет в несколько раз быстрее, чем на борту звездолета. Я не доживу до вашего возвращения. Вы же постареете только на восемнадцать лет.
Председатель встал, давая понять, что аудиенция окончена. Он дружески приобнял Джоан за плечи.
— Не волнуйтесь, дорогая моя. Нельзя случайно стать лучшей из ста командиров Космофлота. Вы справитесь. Мы Вам поможем. И помните, что за вашей спиной — мощная цивилизация, способная постоять за себя.
ТЯЗ «Стрела» благополучно преодолел 8,7 световых года, отделявших Землю от Альфы Большого Пса. В пути несколько раз возникали аварийные ситуации,
устраненные усилиями опытного экипажа.
Первая планета системы Сириуса была слишком горяча для того, чтобы на ней могла существовать органическая жизнь. Звездолет «Азимут» мог совершить посадку только на второй и последней планете.
Согласно приказу Джоан «Стрела» держалась в стороне даже от атмосферы этой планеты, названной Опасной. Ее изучение проводилось дистанционно. Главным образом это были сканеры. Два зонда, спущенные в стратосферу Опасной, вскоре пропали бесследно.
Результаты обследования планеты показали, что она близка к земному типу. Горы на ее поверхности перемежались низменностями, заполненными водой. Но в атмосфере планеты было слишком мало кислорода. Без кислородной маски люди здесь выжить не могли.
Вместе с тем на поверхности Опасной не обнаруживалось и никаких признаков разумной жизни. Ни городов, ни каналов, ни других искусственных сооружений. Индикаторы биоэлектрической активности также стояли на нуле.
«Почему? Почему же погиб «Азимут»?»
Сравнительный анализ подтвердил, что состав атмосферы планеты серьезно отличался и от воздуха, содержавшегося внутри рейдеров чужих. Таким образом, чужие, во всяком случае, без специальных приспособлений, здесь тоже жить не могли. Да и следов их пребывания на Опасной не было!
Джоан, задумавшись, сидела в кают-компании «Стрелы». Видимо, нужно было идти на риск, входить в более тесный контакт с планетой. Память погибших землян с «Азимута» взывала к этому. Но куда, зачем и какими силами совершить посадку?
— Добрый вечер, командир, — раздалось вдруг позади нее.
Джоан обернулась. Это был Хенрик, техник, обычно работавший в реакторном отсеке. Джоан отметила, что он в последнее время часто попадается ей на глаза, и каждый раз, видя ее, улыбается. Но она не придала этому слишком большого значения. Любовь — это было не для нее. Она не считала себя желанной женщиной. Правда, неплохо сложена, темные глаза, хорошие волосы. Но никогда в жизни не собиралась она выйти замуж и растить детей. И где было их растить? На борту планетолета или звездолета?
— Привет, Хенрик, — произнесла Джоан. — Что скажешь?
— Есть одна идея, командир, — сказал Хенрик. — Вы позволите?
Она кивнула. Хенрик присел на стул с другой стороны стола, напротив нее. Искусственная гравитация работала хорошо. Почему-то Джоан обратила внимание, какой у Хенрика добрый взгляд. Казалось, он излучал тепло. По отношению к ней, Джоан.
— Как я понимаю, командир, — начал Хенрик, — мы не обнаружили признаков белковой жизни на Опасной?
— Совершенно верно, коллега.
— В связи с этим такое предложение. Почти все технологические процессы сопровождаются выработкой тепла. Инфракрасное сканирование не входит в программу обязательного обследования планет. Но почему бы нам его не применить? Возможно, обнаружим какие-то технические устройства.
Джоан подумала.
— Это неплохая идея. Очень неплохая, — сказала она. — Ты сейчас свободен?
— Да, командир.
— Тогда идем в центральный пост.
Через несколько минут “Стрела” пошла с ускорением, и процесс сканирования был запущен. К сожалению, первый его этап ничего не дал.
— Нужен максимум чуствительности, — сказал Хенрик.
— Вторая попытка, — приказала Джоан.
— Есть аномалия! — воскликнул дежурный пилот.
— Максимальное увеличение! Вывести на центральный экран!
Вскоре перед потрясенными людьми появился слишком знакомый и ненавистный для них силуэт межзвездного рейдера чужих. Отцы многих членов экипажа “Стрелы” погибли в этой войне, четверть века назад.
— Биоэлектрическая активность? — спросила Джоан.
— Ноль!
— Он оставлен экипажем уже не первый год, — констатировала командир «Стрелы». — А может быть, и не первое десятилетие. Значит, чужие все-таки были здесь! Но почему его так плохо видно?
— Корабль находится под землей, командир, — сказал дежурный пилот. — Видимо, это пещера или ущелье.
— Чтобы не быть обнаруженным с воздуха, — кивнула Джоан. — Все ясно.
— Нам нужно принять решение, — сказала командир «Стрелы». — Созвать Совет
экспедиции!
Вскоре центральный пост заполнился начальниками отсеков и подразделений. Все ждали слова командира.
— Друзья, — начала Джоан. — Благодаря идее Хенрика нами обнаружен оставленный экипажем звездолет чужих. Это единственный ключ к разгадке тайны Опасной и гибели наших товарищей. Мы не можем не воспользоваться им. Властью, данной мне Земной Федерацией, приказываю звездолетчику Джоан Стайн отправиться в разведывательный рейд к кораблю чужих!
В рубке «Стрелы» поднялся шум. Запротестовали сразу многие. Самыми громкими оказались слова: «Экспедиция не может остаться без командира!»
— Согласна, — парировала Джоан. — На время моего отсутствия командование «Стрелой» и экспедицией возлагаю на старшего помощника.
— Есть, командир, — козырнул старпом. — Но никто до сих пор не знает, что убило членов экипажа «Азимута» и превратило сам звездолет практически в груду металла. А ведь он тоже был неплохо защищен! Риск слишком велик, и он ничем не оправдан, командир.
— А теперь послушайте меня, — упрямо сказала Джоан. — Никто из вас не прошел психотронную обработку с передачей знаний титаниан. А стало быть, не готов действовать в данной ситуации. Это первое. Второе. Экипаж «Азимута» не имел скафандров усиленной защиты и силовых экранов, которыми воспользуюсь я. И третье. Никто из вас никогда не служил в Особом отряде, где служит мой брат Мэтт, и незнаком с существующими там порядками. Так вот, если на боевом звездолете возникает утечка радиации, командир считает неэтичным послать на ее ликвидацию любого из членов своего экипажа. И делает это сам. Если только речь не идет о состоянии войны.
— Мы пока не находимся в состоянии войны. «Но наш звездолет не боевой», —
скажете вы.
— Это как посмотреть, — отвечу вам я. — Дайте-ка название кораблю, который своим оружием может стереть с лица земли все живое на этой планете, если бы оно там было!
— И последнее, — Джоан положила правую руку на бортовой журнал «Стрелы», где виднелось изображение герба Земной Федерации — Белого Голубя, окруженного семнадцатью звездами. Шесть из них олицетворяли собой материки Земли, восемь — обитаемые планеты, три — покоренные звездные системы.
Медленно и отчетливо Джоан произнесла:
— Клянусь, что мои действия направлены только на защиту интересов Земной
Федерации!
При этих словах умолкли голоса последних скептиков. Так или иначе, Федерация признавала право каждого человека поступать так, как он хочет, если это не приносит никому вреда.
Последним выступил Хенрик. Видно было, что ему очень не по себе, но он старался держать себя в руках.
— Я знаю, что это Вас не остановит, командир, — с грустью сказал он. — Но помните, что, если с Вами что-нибудь случится, нам будет очень Вас не хватать.
Джоан в это время уже облачалась в скафандр усиленной защиты — СУЗ. Вскоре планетарный катер, со всех сторон окруженный силовым экраном, начал спуск к месту инфракрасной аномалии.
Снижение прошло на удивление спокойно. Во всяком случае, катер не потерял управление и не упал на поверхность планеты, как это произошло с «Азимутом». Силовое поле тоже держалось нормально.
Вскоре Джоан стояла перед входными люками звездолета чужих. В пещере было темно и очень тихо. Теперь ей нужно было воспроизвести комбинацию звуков нечеловеческого языка, должных открыть глубины ее подсознания. Через несколько секунд после этого она стала видеть и чувствовать то, чего не видел и не чувствовал ни один человек с Земли. Люки корабля, не дожидаясь какого-либо приказа, плавно раскрылись перед ней. Рейдер чужих признал ее своей! Она частично стала чужанкой!
Дальнейшее было делом техники. Джоан-чужанка хорошо знала, где здесь хранилась информация, и как ее можно было считать.
Воспринимая передачу квазиживых контролирующих органов корабля, Джоан приходила в состояние все большей тревоги и смятения. Все обстояло гораздо хуже, чем думали на Земле. Гораздо, гораздо хуже. Картины войны и разрушения вставали перед ней. Ей нужен срочный сеанс гиперсвязи! Она должна сообщить обо всем на родную планету!
К сожалению, частичное перерождение в чужанку сыграло с ней плохую шутку. Чужих мало интересовало количество кислорода в атмосфере и запас его в своих баллонах. Когда Джоан решила вернуться, стало ясно, что кислорода почти не осталось.
Задыхаясь, она дошла до выхода из корабля. Ноги изменили ей, и Джоан рухнула ничком. При этом нарушилась целостность кислородподающей системы. Жить ей оставалось не более нескольких минут.
«Как глупо, — теряя сознание, подумала она. — Никто меня не убивал. Я сама во всем виновата…»
В рубке «Стрелы» в этот момент царило смятение. Все понимали, что кислород у Джоан на исходе. Но чтобы помочь ей, требовалось время. Лишь один человек решил попробовать.
— Стартовал второй планетарный катер! — раздался доклад по громкой связи.
— Кто дал приказ? — взревел старпом. — Кто дал приказ, я спрашиваю?
Потом он быстро огляделся.
— Неужели этот малахольный Хенрик?! — Старпом схватился за голову. — О-о,
кусок идиота!
— Не горячись, командир-два, — вразумил его третий пилот. — Послать сейчас еще одну спасательную команду — значит обречь их на гибель! Из-за несогласованности действий. Хенрик, кстати, один из тех, кто лучше всех водит катера. В любом случае, мы уже опоздаем. Он еще может успеть. Пусть попробует!
Хенрик шел на предельном форсаже. Он понимал, что влез в безнадежное дело, и сам, наверное, погибнет. Но эта женщина стала слишком дорога для него.
Приземлившись, он мгновенно оценил ситуацию. Асфиксия, гипоксемический шок. Секунды могли стоить Джоан жизни. Потом он прикинул весь расклад. Лету обратно не меньше десяти минут. Джоан — не жилец. Если только…Хенрик быстро переключил свою кислородную систему на ее, потом запрограммировал автопилот. Пусть выживет та, которую он любит. Не дрогнувшей рукой он нажал последнюю нужную кнопку.
Джоан очнулась в реанимационном блоке. Глаза ее смутно блуждали по белому потолку. Первыми ее словами были:
— Война…Опасность…
Вскоре в ее поле зрения появился старший помощник. Он как-то странно смотрел на нее.
— Как дела, дорогая? — спросил старпом.
— Мне срочно нужен…мозговой сканер, — прошептала Джоан. — Пока я…в сознании, нужно…записать информацию. Важность…чрезвычайная. Речь…идет…о жизни…Земли. Как только…я встану…если…встану…необходима…срочная…гиперсвязь…с Землей. — Она устала и прикрыла глаза.
— Я понял, командир, — сказал старший помощник. — Не хочешь узнать, кто и как вытащил тебя с Опасной?
— Да, — Джоан снова открыла глаза. — Ничего…не помню. Упала…на выходе…из корабля. Кончился…кислород. Кто…спас…меня?
— Это был Хенрик, — сухо сказал старпом. — Он отдал тебе свой кислород. Сейчас он в соседнем боксе. В коме. За него дышит аппарат. Наши врачи говорят, что из комы он не выйдет. Они испробуют лечение клонированными нейронами, но шансов очень мало.
— Бедный…Хенрик, — прошептала Джоан. — Зачем…он…это…сделал?
— Потому что любит тебя, — очень сухо сказал старпом. «Дура!» — чуть было не
добавил он.
Джоан снова закрыла глаза.
Старпом махнул рукой. «Мозговой сканер скоро будет», — шепнул он и исчез.
Две дорожки слез протянулись из-под ресниц Джоан. Сейчас она точно знала, что их никто не видит.
…Джоан взяла себя в руки перед выходом к экипажу. Только что закончился сеанс связи с Землей. Точки над «й» были расставлены, необходимые решения приняты.
Ее женская сущность протестовала против развязывания войны. Ее сердце разрывалось от жалости к Хенрику, который до сих пор находился в коме без какого-либо улучшения. Ей было тошно. Но она должна была собраться. Должна была вспомнить, что происходит из рода Стайнов. Стайнов, которые двести пятьдесят лет назад начали с «Аполлона-1», а сегодня достигли звезд. Глубоко вздохнув, быстрым и решительным шагом она вошла в кают-компанию.
Экипаж приветствовал ее стоя. Она улыбнулась и махнула рукой, чтобы они садились. Это были ее друзья, ее семья.
— Коллеги. Земляне, — сказала Джоан. — Новости, которые я должна вам сообщить, не так хороши, как мне бы хотелось. Но, принимая решение, все мы должны помнить, что речь идет о судьбе Земли.
— Мы разгадали тайну Опасной. Планета была покрыта сетью генераторов антивещества, контролируемых из единого центра. С оставленного чужими квазиживого звездолета. Любой чужеродный объект, вторгавшийся в атмосферу планеты, подвергался атаке антивеществом. Вероятно, чужие приберегали Опасную для себя. Поэтому и погиб звездолет «Азимут».
— Рейдер чужих уничтожен нами путем прицельного бомбометания (старший
помощник кивнул). Охранная система планеты разрушена. Животные, запущенные нами на борту зонда, вернулись живыми и здоровыми. Вторая планета системы Сириуса пригодна для заселения.
Джоан вздохнула.
— Боюсь только, что заселять ее будут не скоро.
Потом сделала паузу.
— Теперь о главном. Мы узнали, что вторая планета системы Сириуса была для чужих только перевалочной базой на пути к Земле. Они пришли очень издалека. Возможно, даже из скопления Гиад. На всем протяжении своего пути чужие сеяли смерть и разрушение. Тяга к агрессии и крови записана в их генах. Землянам и чужим нет места в одной галактике. Или они, или мы. Третьего не дано. По достоверным данным, их главная база сейчас находится в системе Звезды Лаланда 21185.
В кают-компании «Стрелы» возник шум. Слышнее других были отдельные голоса.
— Возмездие! Возмездие! — говорили они.
Джоан сделала последнюю паузу. Поправила волосы, подняла руку, призывая к молчанию.
— Соотечественники! Несколько минут назад Особый отряд Космофлота был поднят по тревоге и стартовал в направлении Звезды Лаланда. Для охраны Земли оставлены лишь несколько звездолетов. Земная Федерация на пороге новой войны с чужими. Лучше уничтожить чужих вдали от Земли, чем дожидаться их нового нашествия. Командование объединенной группировкой сил возложено на меня.
Экипаж «Стрелы» в едином порыве отсалютовал своему командиру.
— Спасибо, друзья, — Джоан вновь улыбнулась. — От нас ждут решения. Перелет к Звезде Лаланда займет у нас более десяти лет. После этого нас ждет бой. Нам может не хватить топлива на обратный путь до Земли. А надо ли возвращаться на Землю, где пройдет 135-140 лет? Все, кого мы знали, давно умрут.
— Земная Федерация уважает права своих граждан. Если большинство экипажа выскажется против, мы вернемся обратно. Вероятно, после этого некоторые из землян будут называть нас предателями. И, насколько я помню, среди членов нашего экипажа нет ни одного человека, у которого родственник или родственники не погибли бы в первой войне с чужими. — Джоан обвела экипаж «Стрелы» взглядом своих глубоких глаз. — Давайте приступим к тайному голосованию.
Через несколько минут его результаты были оглашены. Семьдесят процентов
команды высказались за продолжение полета.
— Благодарю вас, коллеги, — сказала Джоан. — Пусть добровольцы выведут катер и возложат цветы к месту самоликвидации «Азимута». Остальным начать
предстартовую проверку всех систем. Старт — через шесть часов.
Джоан выпустила из пальцев холодную руку Хенрика. «Ты спас меня, а сам…» Ей нужно было идти. Планетарные двигатели разворачивали сейчас «Стрелу» по новому курсу. Старт требовал присутствия командира в центральном посту. Но она знала, что еще вернется сюда. Джоан Стайн была последовательна во всем.
2002
Примечания.
ТЯЗ — термоядерный звездолет.
Скопление Гиад — галактика, соседняя с нашей (120 световых лет).