Эпиграф:
Прозаики от рифмы далеки,
От четкого размера, тайны света,
Эфирного дыхания строки –
Того, что позволяет стать поэтом.
(С. Цванг)
Да простят мне этот акростих, который я взяла эпиграфом, прозаики, которых эта статья тоже касается.
Поэту ведь много не надо – всего лишь свидетельство того, что он не изгой, а избранный.
Сердце сжималось, когда я читала извинения Кирилла Пшенникова. Он, как-то неловко, сам не очень понимая, за что извиняется, бормотал какие-то увещевания своему оппоненту.
Вы, господин Майзельс, очень мудро предложили новый проект «Запретный плод». Я думала, что печататься там можно будет только при наличии таланта в самом произведении, что будет какой-то очень строгий отбор, не по присутствию или отсутствию бранных слов, а по дуновению эфира поэзии в недетских ситуациях и размышлениях. А получилось… Этакая сточная канава для тех, кто мешается под ногами у благородных. Мол, вам тут не место, отправляйтесь в ночь, во тьму и пусть мрак будет с вами.
Вот только андеграунд придуман уже давно. И творящие на грани, в полосе дэн, что лежит между инь и ян, это вполне самостоятельная, блестящая литература, самобытная, интересная. Стоит ли напоминать, что будучи гонимыми, творящие в андеграунде, в свою очередь, сами покинули «край изведанный повторенных слов и дум». И в свой мир они не пускают серость и рутину. Туда заглядывают, но там не приживаются бездарные рифмоплеты.
Теперь, когда на портале бушевали «страсти по клонам», по Вашим словам, господин Майзельс, Вы предложили А. Рефту и его кругу печататься все в том же загончике для скота, куда может зайти любой чиcтенький, как в зоопарк, показывая пальчиком на тех, кто выставляет себя, свое сердце, свою душу, свою кровь (надеюсь, никто не будет спорить с тем, что стихи для поэта – это его кровь). И при этом никто не будет знать, кто же приходил втихаря подрочить.
Я понимаю, почему Ваше предложение не нашло поддержки у талантливых поэтов, почему они оскорбились предложению отправиться в резервацию, и пошли в свою очередь, сгоряча, костерить направо и налево. Тем более, что они, судя из шутливого, но вполне серьезного письма ко мне, категорически против сексуально-эротических тем.
Я поместила в том же ночном клубе свои хокку, которые написала буквально за десять минут. Я не поэт, не дано. Моей индивидуальности претит писать эротическое. Написала то, что написала, только в поддержку Кирилла Пшенникова, чтобы ему там не было так одиноко. Эта ведь ужасно, что из сочувствия к поэту на портале приходиться делать то, что не твое! Да, я не люблю писать то, о чем и как пишет, например, Кирилл, но это не значит, что то, что он делает – не имеет право на существование. Пусть цветут все цветы! Особенно если окажется, что это «Цветы зла» (Бодлер).
Предлагаю несколько изменить проект. Ночной клуб сделать абсолютно элитарным заведением. Каждое сумеречное произведение должно на входе быть проверено на наличие таланта и поэзии. Я думаю, что у Вас, господин Майзельс, найдется соратник, который сможет осуществлять отсев.
Но если для поэтов байоньцев противно все, связанное с сексом, то может осуществить еще один проект – элитарный поэтический клуб? И тогда пусть господин Рефт и его соратники заботятся об отборе сочинений.
Господину же Рефту хочу напомнить, что античные эротические мистерии давали высочайшие взлеты поэзии, русская раешная поэтика просто вся соткана из «бранных» и «грязных» слов и эротических образов, «Камаринскую» ведь еще никто не посмел отменить. Необходимость этой, по-вашему маргинальной, поэзии очевидна. Видимо, это помогает человечеству выжить, как виду. Вспомним, что Афродита не богиня, а титанида, т.е. ее древность и принадлежность к Хаосу бесспорна, а Хаос всегда болен порядком, тем порядком, который может дать лишь поэзия. Впрочем, что это я влезла в такие эмпиреи. Убалтывать людей, закостеневших в своих заблуждениях и ограничениях, бессмысленно. А гибкий, юный, свежий поэтический дар всегда найдет правильный путь.
Кроме того, я требую, именно — требую! имен тех, кто заходит читать то или иное произведение в ночной клуб! Если я порочна, то пусть тот, кто читает то, что написано мной, порочной, не надеется остаться чистеньким.
И если вор сюда крадется,
Он задрожит и встрепенется,
Перед собой увидев ту,
В нетленном запахе цветенья
В ночи блуждающую тенью
Таинственную красоту.
П. Антокольский.
Оленька ! Спасибо за отклик на «Куранты севастопольские …» И , вообще , как мне кажется , я пережил сам себя , и мои опусы мало кого греют сейчас , разве только чичибабинцев и чичибабонек …
Как писал Поэт : » В нашей жизни умереть не трудно , но и жить , конечно, не новей …»
Скорее, чичи-бабушек