Как одинок мой дом,
Прокуренный до дыр,
Прочитанный до строк,
Пропитанный молчаньем…
Червится ночь дождем.
Как одинок мой дом,
И каждой встречи миг
Наказан расставаньем.
И каждой встречи миг,
Как битое стекло,
Забытый телефон,
Записанный на чеке.
Луны знакомый лик.
И каждой встречи миг
Наказан тишиной,
Обжившейся на веки.
Как одинок мой дом,
Не сосчитать углы.
Мы научились жить
И говорить губами.
Как одинок мой дом,
Но в нем луна с дождем,
И те, кто мог вчера
Рассказывать глазами.
И те кто мог вчера
Прикосновеньем жить,
Прикосновеньем петь
И тишиной смеяться.
Жаль только те, вчера,
Теперь умеют быть,
И даже ночью нам
Уже давно не сняться…
Руслан, послушай, я уже всерьез начинаю думать, что мы с тобой — сиамские телепаты: помнишь наши ОДНОВРЕМЕННЫЕ поэтические интуиции по поводу Имени? Вот и сейчас — я пишу о МОЛЧАНИИ, ТИШИНЕ и каком-то мистически-перманетном одиночестве. Скоро, возможно, выложу.
Теперь о твоем. Не понял строчку: «дом… прочитанный до строк…». Как-то не по-русски, коряво как-то… Может, лучше — «зачитаенный до строк»? Хотя и это — не ахти. Но, думается мне, надо как-то по-другому это выразить. Потому что выражение «прочитанный до строк» по сути тавтологично и нелепо. Не согласен? Дело твое, конечно, но ты знаешь, как я отношусь к твоей поэзии. Отсюда и желание видеть тебя в блеске совершенства.
Последняя строфа какая-то сумбурная, несогласованная.
И, конечно, как всегда (Руслан, ты — неисправим!) — твоя хаотичная пунктуация. Знаю-знаю-знаю, что можешь возразить на это. Потому и улыбаюсь уже просто. Захочешь орфографически-пунктуационно подредактировать свои стихи, знаешь, к кому обратиться. К Винику — он ближе. Все — молчу, молчу.
Кстати, и откуда у тебя эта грусть одинокого дома? Оттуда же, откуда и у меня..?