Среди обшарпанных дворов и позолоченных фасадов,
Фонтанов, скверов и садов, украшенных резной оградой,
Среди мостов и площадей для блеска воинских парадов
Едва найдётся уголок, который сердцу стал отрадой.
Столица любит шик и стать, восторг и даже поклоненье,
Приезжих жаждет удивлять и вызывать средь них волненье.
Всегда стремиться первой стать, внушая гордо самомненье,
Но за привычкой покорять скрывает робкое сомненье.
Построив храмы и дворцы, в лучах блистая куполами,
Она скучала по траве, что зеленела за последними домами.
Вот потому газонов строй и на бульварах меж стволами
Ковер зеленый под листвой манил к себе забыться снами.
А можно просто помечтать, найдя скамейку среди парка
И пару строчек написать о том, как расставаться жалко.
Потом без устали шагать аллеей, где листва — как арка,
И обещать себе не лгать, как ни было бы рядом жарко.
Душа томиться среди стен, отполированных и серых,
Её гнетет комфортный плен решений новых или смелых.
Чуть стихнет гомон перемен, она грустит о кленах старых
Чей шорох средь ночных сирен был колыбельной для усталых.
Москва уснет среди огней, как полоумный с ярким светом,
И будет смог висеть над ней, маня нечистых красным цветом.
Под утро ветерок свежей, густой туман укроет реки пледом,
И миллионы москвичей гуськом к метро стремятся следом.
Столица сонно загудит, дождем коротким улицы помоет,
И недоверчиво следит за всеми, кто возводит, пилит, роет.
Наверно сердце у неё болит и от потерь под непогоду ноет,
Когда асфальт, брусчатка и гранит траву зеленую закроют.
Когда на сердце без причины очень грустно,
И очень больно, очень горько, да без повода.
Зашторен свет, застегнут ворот, душно, пусто —
Одно: бежать! бежать! бежать! бежать из города!
Но от себя не убежишь,
Трава, как и тоска – зеленые.
Вот потому и в памяти хранишь,
Тот луг, где ступни и душа гуляют голые.
Все правильно! Если уголок — то обязательно отрадой сердцу.
Фасады — красивые и позолоченные
Трава, как обычно — зеленая, равно как и снег — белый.
В парке непременно должна быть скамейка, а на аллеях — листва
Ветерок — свежий, туман — обязательно густой.
Замечательные, новые, никем не отмеченные ранее красивые образы!
Москва бывает так грустна,
Печальна и необъяснима.
И светлой нежности полна,
Что средь толпы, увы, незрима.