Морозов, чувствует подвох,
Он даже чуточку растерян…
А Берман … Он себе помог,
Тем, что помог и мне… Густея,
В окно вползала чернота….
Борис смешал Алеше карты:
— Тому, чья в теме клевета,
Готов в лицо сказать: шакал ты!
— Поосторожнее, Борис!
Твое здесь разбираем дело…
— А чье мурло из-за кулис
Выглядывает?
– Резко, смело,
Презрительно бросал слова
В глаза Морозову ответчик.
«Судья» смешался…
– Зря права
Качаешь, ты, антисоветчик!
— Заговорился, Алексей!
Ты, точно, опоздал родиться
На тридцать два годка… Там всей
Шакальей стае пригодиться
Мог эдакий «энтузиаст»…
А ныне – объясни, Морозов,
Ты, полагают, головаст, —
Толкуй же четко, без психозов,
Чем я, стоящий здесь Борис,
Себя морально опорочил?
— Все знают…
— Повтори на «бис»…
Вас, видно, кто-то изурочил.
Что вы здесь спятили с ума:
Тридцать седьмой остался в прошлом –
Иль я не прав? Страна-тюрьма
В постыдном, мерзостном и пошлом,
Твоем, Морозов Алексей,
Сверхнепотребном воплощенье —
Пародия… Пойми ж своей
Душонкой мелкой: возвращенье
Немыслимо…
— Ты все сказал?
— А что, еще нужны резоны?
— Да нет. Все ясно! Подписал
Себе путевочку на зону…
Вот здесь я усидеть не мог –
Вскочил и забазлал несвязно:
— За что? Несчастный демагог,
Что привязался к парню? Ясно,
Что он талантливей тебя
И для страны стократ нужнее…
Вы измываетесь, губя
Парней, но подленькой затее
Ренил поставить я барьер..
— Ну, что ж, тогда проголосуем –
Принципиален – нам пример
Покажешь… Так, кто за? Плюсуем…
Раз, два… Кто против… Вслед за мной
Почти все члены комитета
Вздымают руки…
— Головой
Семен, рискуешь… Ты за это
Еще поплатишься… Вопрос:
Не оттого ль ты возмутился,
Что он еврей?
– Пиши донос!
— Ох, как бы ты не поплатился…
Но как-то это мне сошло…
А Берман, ежели встречались,
Меня приветствовал тепло,
Но мы с ним, в общем, не общались…
Он старшекурсник – и ему
Неинтересен я, «зеленый».
К тому ж не снят с него «хомут» —
Им, как проклятьем , заклейменный,
Он должен возглавлять и впредь
Арт-шоу-труппу факультета,
Гореть… Ну, а его огреть
Морозов будет рад за это,
Хоть сам он был горазд творить,
По-видимому, лишь доносы…
Ну, да о чем тут говорить –
Неразрешимые вопросы…
Парадоксально, что ответ,
На многое, что накипело,
Приходит из античных лет…
Кучборская… Она задела
Струну звенящую в душе…
Она меня околдовала.
На лекциях ее уже
Я весь внимание… Мне мало
Тех лекций… Мне б еще, еще…
Я слушал бы ее и слушал…
И странно, что не запрещен
Гомер цензурой… Видно, уши
С глазами залепило тем,
Кто за политику ответствен:
Гомер ведь разъясняет всем
Всю глубину позорных бедствий,
Без коих тоталитаризм
Не мыслим при любом раскладе –
Хоть рабство, хоть социализм…
Кучборская! Нет, не внакладе
И я, хоть, очевидно, туп…
Хотя бы ради этих лекций
Все претерплю, безмозглый дуб..
Иным, конечно, много легче
Тех лекций глубину понять…
Пусть до меня едва ль частичка
Дошла – что ж, на кого перять?
Спасибо и на том… Мыслишка
Какая-то в моей тупой
Рождалась все же черепушке…
И в частности о ней… Такой
Уродливо-прекрасной! Пушкин,
Наверно, тоже был такой…
Ее представить трудно юной
Студенткой – сорвиголовой…
А ведь была… И ночью лунной,
Как мы, мечтала о любви…
Была, наверно, быстрой, тонкой,
Глаза, как звезды… Се ля ви…
Представить, что похожи с Томкой
Нетрудно: талия в ладонь,
Улыбка. Острые коленки,
Сияние души… Огонь
Энтузиазма… У паненки
К высокому искусству страсть…
Тянуло, видимо, в актрисы,
А удалось ли, нет – попасть –
Неясно… Слухи – что кулисы
Ей все же ведомы, живут:
Служила будто бы во МХАТ’е…
И верю и не верю… Тут
Такое дело: «на подхвате»
Ее представить не могу,
А ежели была успешной –
Зачем тогда ей МГУ?
Однако же судить поспешно
Не стану… Моего ума
Догадки – вряд ли стоят много…
Но, правда, помнится, сама
Упомянула, монолога
Однажды подводя черту,
Что, мол, актером в прошлой жизни
Была в Коринфе… Притчу ту
Мне не понять в аллегоризме…
Имелось, видимо, в виду –
В воображении… Наверно
Ну, что ж… Порою не в ладу
И я со временем… Но мерно
Оно, как строгий дирижер
Всем в мире отбивает такты…
Увы, с ним бесполезен спор –
Впишись в него – и только так ты
Хоть что-нибудь успеешь взять,
Усвоить – и отдать идушим
Вослед… Кучборскую понять
Могу частично… Прочим, лгущим,
Что все им ясно у нее,
Прошу покорнейше не верить…
Я понял: каждому – свое
Она старается отмерить
По состоянию ума…
И ежели про щит Ахилла
Я понял, то душа-тюрьма
Раскрылась… И теперь бацилла
Неуспокоенности жечь
Проснувшуюся душу будет
Сомнением – о том и речь…
Она нас встряхивает, будит,
От спячки пробуждает ум,
Что, в общем-то довольно больно…
Куда приятней жить без дум,
Без чувств – запойно-алкогольно,
Как все и продолжают жить,
Все глубже падая в трясину…
Кучборская… Что говорить?!
Коль будет сын, я буду сыну
О ней рассказывать… Сама
Профессорша довольно скрытна…
Не знаем, чья она жена
И замужем ли… Очевидно,
Изведала в судьбе всего…
Ну, будто бы есть дочь, Наталья —
Художница, и внук… Чего
Никто не знает досконально –
Откуда есть она пошла?
Где родилась? Какого года?
Кем так воспитана была?
Какого племени и рода?
Лишь раз обмолвилась: филфак
Заканчивала вместе с педом –
Два вуза, то есть, сразу… Так
Сама рассказывала… Ведом
Лишь этот факт о ней из уст
Ее самой… Сокрыто мраком
Иное… Безнадежно пуст
Мой кондуит о ней… Журфаком,
Однако, бродит, тьма легенд,
Как водится, заместо фактов.
Вот их до греческих календ
Не перескажешь — без антрактов…
Но можно рассказать о том,
Что сам я наблюдал вживую:
Аудитория – битком!
К ней, точно в школу цеховую,
Коллеги ходят – и строчат
За ней отличники-студенты,
А я сижу, уставя взгляд…
Ах, если б эти все моменты,
Когда нас пробирала дрожь,
Заснять киношникам на пленку!
Жизнь коротка, увы! Живешь,
А там… Ну, ладно… Потихоньку
Заходит скромненько ОНА!…
Со стопкой книг, а в них – закладки…
Да – в черном платье… Включена
В те ритуалы и порядки,
Которым так чужда ОНА:
Положено сперва отметить,
Кто есть, кто болен… Решена
Сия зАДача так, что этим
Займется староста – ОНА
Вне этой суеты, заметьте…
Едва настала Тишина,
Шагнула от стола – и в эти
Секунды вдруг произошло
Волшебное преображенье,
Как будто в душу к ней вошло
Слепого старца воплощенье…
— Гомера надобно читать, —
Она вещает, — на коленях!
Все под гипнозом – но роптать
Едва ль кто станет… В те мгновенья,
Касалось каждого из нас
Божественное откровенье,
Вводило в творческий экстаз
Ее святое вдохновенье…
И в тот невозвратимый миг
Усталое лицо старушки
Обращенов прекрасный лик,
Что пробирает до макушки…
А как лились из строгих уст
Остро — гекзаметры Гомера!
Чеканит: «Встала…», — голос густ, —
«Из мрака…», — в аудиторие атмосфера
Накалена, Кучборской взпляд
Провидит ту зарю: «Младая
Из мрака…», — оглянусь, глядят
Назад и все… Накал вздымая, —
«С перстами…», —пауза тяжка –
И прерывается дыханье, —
«Пурпурными…», — издалека,
Как колддовское заклинанье –
Доносит эхо: «Эос»… Вздох –
Божественно! Невыносимо –
Ведь я бы в жизни так не смог –
Откуда эта страсть и сила
У хрупкой женщины в душе?
Мне от нее не защититься –
Сдаюсь! Я побежден уже
И мне теперь не возвратиться
К неведенью… Жаль — неумен…
Будь поумнее – насладился б
Общеньем с гением Семен,
Ей в собеседники годился б,
А так – лишь душу на излом
Ей отдал и теперь тоскую…
И не понять: добром ли, злом
То странное, о чем толкую,
Смещенье ценностей в судьбе
Моей в дальнейшем обернется…
Нет, что-то нАДобно в себе
Перевернуть – пусть соберется
Совсем по новому душа…
Кучборская… Ее субтильность –
Обманка, ежели круша
Дремучести завал, стабильность
Мироприятья вдрызг сломав,
Ввергает в горькие раздумья…
Ну, ей-то хорошо – сама
Умна, а ты хоть до безумья
Упрямо напрягай мозги,
Но если туп, чего добьешься?
По слову – не видать ни зги
Все глухо… Ну, хоть не сопьешься…
Кучборской жесты… Передать
Нельзя словами – нАДо видеть!
За это счастье все отдать –
Не жалко! Столько страсти выдать
Лишь мановением руки —
Да тут факультет покруче МХАТ’a…
Так точны жесты и легки –
Поверишь, что она когда-то
Была мужчиной и могла
Играть в трагедиях Софокла
В Коринфе – как объяла мгла
Ослепшего Эдипа…. Блекла
Немедленно в сравненье с ней
Любая на земле женщина
Игра любой – факультет теней…
Кучборской – каждая реприза
Звучала точно приговор –
И не моли о снисхжденье –
Рыдай от счастья: вперекор
Всему — есть шанс к перерожденью…
Она внушает: — Человек,
Раз прочитавший «ИлиАДу»,
Отныне, присно и вовек
Пребудет – знайте эту правду –
Пребудет тем, кто прочитал
Себе на счастье – «ИлиАДу»…
Ну, вот – уже не прогАДал,
Прорвав наружную блокАДу,
Но есть барьеры и внутри.
Вот их-то изломать труднее.
Ведь вроде все как «раз, два, три»,
А рот открою – ахинея!
Еще профессор говорит,
Что без труда определяет
Тех, в чьей душе Гомер творит,
Чей творческий багаж вмещает —
Да, — «ИлиАДу», где Ахилл
В извечном с Гектором конфликте…
А есть еще ведь и Эсхил,
Софокл… Ну, что ж, ,давайте, сыпьте
На раны соль… Как в узкий лоб
Вместить античную премудрость?
Что учинить с собою, чтоб,
При том, что очевидна скудность
За лобной костью вещества,
Что схоже цветом с интеллектом
Носимым в силу естества
Таким зачуханным субъектом,
Как я?… В том, что журфак стоит –
Дошло до нас известье глухо —
(Был план, что должен быть закрыт,
Но не закрыт) — ее заслуга:
Был спор в верхах… Иной блажил,
Какая, дескать, там наука?
Но некто – Бог благословил –
Скааудитори:
— Однако – вот в чем штука –
У факультета крадий тыл:
Таких филологов едва ли –
Напомню, если кто забыл –
(И тут Кучборскую назвали) —
Имеет даже и филфак.—
Назвали и иных великих
Ну вот – мы учимся… Вот так!
Учителей святые лики –
Пусть, как иконы на стенах,
И впредь хранят нам альма матер
И в тех и в этих временах,
Пусть будет чист ее фарватер!…
Такие, стало быть, дела:
Уж тем, что есть, Елизавета
Петровна факультет спасла…
От всех от нас поклон за это..
.
Мы все уверены: читать
Она могла в оригинале
Гомера… Что тут толковать?
Гомера, как она, едва ли
Мог знать – поспорим? – сам Гомер
(Продолжение следует)
