Племя прозревшее в век слепоты
непредсказуемо. Черные стены
могут рождать только горькие стоны.
В каменоломнях ночные посты
тьмою прожектора ловят глазастых:
«Ишь, расшумелись! Небо им застит
этот монблан неземной высоты!»
Это бывает с народом людей,
тем, что живя в одиночках провинций,
мог бы сказать о себе: «Мы провидцы
неких еще не рожденных идей.»
Только безгласны они, словно рыбы,
только безглазы, как серые глыбы.
Псы охраняют их темный покой.
Словно часы над багровой рекой
солнце. Без стрелок, без глаз и без рта.
Медленный лик в неподвижную воду
плавно скользит по небесному своду.
Миг — и исчезнет. И вновь — темнота.
