МАЛЕНЬКАЯ МАМА

Олечка, девочка лет шести-семи от роду, проснулась с чувством, полным осознания своего предназначения в этом мире: она женщина, она будущая мать. Боже, как, наверно, приятно держать в руках маленький теплый комочек, смотреть глаза в глаза и без слов понимать друг друга.
Скучно бродила по двору. Пнула поднадоевшую кошку, передразнила, оскалившись, пса. «Как долго ждать того дня, когда я стану мамой?» Затосковала…
Уселась на вязанку дров. Чирик-чирик, чирик-чирик… Воробьиха с червячком в клюве повисла на карнизе сарая – желтый ротик порывисто выхватил пищу. Воробьиха-мать улетела.
Олечка встрепенулась, с трудом передвинула скрипучую лестницу к сараю, вскарабкалась. Рука утонула в отверстии шифера, нащупала что-то маленькое, нежное…
«Вот он – мой ребеночек», — возликовала девочка. Побежала домой, завернула воробьенка в тряпочку, напоила водой, дала пшеничное зернышко.
Засыпая, она думала о своем малыше, как на заре его накормит, поведет гулять, расскажет новый стишок.
Утром обнаружила бездыханное синенькое тельце. Ротик открыт и глазки застекленели. Заплакала. Сделала гробик из коробки, похоронила малютку, поставила крестик и… взобравшись по лестнице, достала еще одного ворбьенка.
К вечеру и он умер.
Откровение жизни и смерти шокировало девочку. Два желания терзали сущность Олечки: первое, жестокое, детское – доставать снова и снова птенчиков, пока не удастся усыновление-удочерение; второе, опасливое, взрослое – никогда не иметь детей: а вдруг они умрут или кто-то их украдет, как она у воробьихи…
А мама покупала шоколадки в шуршащих красивых фантиках, игрушки и никак не могла понять печали дочки. Отчего эта складка над курносым детским носиком?!