Стозвездный, гордый, мощный, бесподобный,
Ты, мыслящий громадным плазмы океаном,
Питаясь внутренним энергетическим истоком,
Пускаешь мысли в дивное пространство.
Людей решился верно воскрешать
Без всяких глин, из воспоминаний, из картин,
Что в памяти живой остались навсегда
у — Исследователей космических глубин.
Из нейтрино, из квантов сложных: гамма,
Бета излучений, Солярис точное лепил
Подобие людей, и ожилял движеньем и чертами;
Вселяя в них все то, что «нервом» излученья ощутил.
И приходила к космонавту вдруг любимая жена,
И горделиво, радостно любви вторжения ждала.
Живого, настоящего к себе воспоминанием влекла.
О! Поцелуи, страсти! Потом шептала — я опять жива.
И космонавту — ЧЕЛОВЕКУ хотелось верить — это так,
Что женщина, пришедшая через пространство,
Осталась прежней, и в колыбели мрака, верная Она,
Его века ждала в каком — то трансе.
Живое — мертвое… Она дышать могла
И пробудившись, бесподобно детски — дерзко
Просила память освежить его, и жгла
Земную душу человека страданьем смерти.
Вдруг испугавшись, муж хотел забыть её! Когда
Он отключал солярисовы связи,- она была мертва.
А умиранье так печально страшно —
Мучительно во всех деталях этого всего,
Цепляние за жизь есть тягостное в каждом!
И время вспять таинственно текло.
Секундно мыслить Солярис заставлял свои «изыски»,
И это приносило горе, муки для оживших,
Ведь оживленнные не есть игрушки:
У них какая — то душа, взаправдашние чувства.
Сначало радостно, когда с тобой ожившие мечты,
Хоть созданы Солярисом они, как — непонятно;
Из множества частиц, скрепленных волею звезды —
У них в душе и мыслях разнобой бессвязный.
Зачем нам — людям, разум не дает забыть,
Что это только призрак появленье совпаденья
И глаз, и губ, и родинок родных…
В воспоминаниях любви… Пришедшие нам верят.
Жене нетварной жутко, если рядом нет тебя —
Ужасно холодно. И замерзает, не может ждать
Его — любимого, такая, в одиночестве ни дня.
Прощай… Разрушит плоть её и разум — страх.
Невероятное страдает! Чушь! тот сплав из нейтрино
Не знает смерти. В нем смерть и жизнь
На части воскрешенных разрывает; даже кровь
Нетленна. Но она умрет, сознанью вопреки.
Наверно все — таки реальна чувств тревога,
И то, что прожито, нельзя забыть совсем.
Особенно любовь, особенно жену во многом:
Мы, измочалив память, к прошлому её ведем.
Солярис, создавая, отражает облик, смысл
Надежды. Там человеку удается встретить миг,
Когда она придет к нему глядеть и говорить…
Чтоб будущее в прошлом сохранить.
Естественно, что Небо, Звезды обновленье знают,
Нам сны — пророчества и бездну Духа посылают.
И ходят рядом, ласково и страшно оживая,
Одним нам ведомые тайны.