Так долго было плохо мне, что грусть,
как будто ставши частью убеждений
вселилась в ритм жизни. «Не вернусь»-
твердили мне герои сновидений,
словами этими вбивая, как
отбойным молотком в мое сознанье
угрюмо-депрессивный мысли такт
как по часам рождающий желанье
уединиться. Помню. Но тогда
за мной ходило истинное «плохо»,
свой термин мерявшее на года
и, уходя, дарившее мне грохот
и стон лавины камня в голове.
И бывшее ужасным по причине,
что люди самых родственных кровей
с тех пор не понимали и поныне.
Теперь же вроде-бы нормально все.
По крайней мере, не настолько страшно,
как было раньше. Знаю. Но до слез
ведет на незнакомой шее зашморг.
Или его отсутствие, что вновь
приводит к мысли о стереотпах,
которым следуя, моя любовь
обречена несчастной быть и рифма
со словом «кровь» приобретает смысл,
доселе ясный лишь на подсознаньи;
и против воли порождает мысль,
гласящую о общем отрицаньи.
