Один день … Рассказ.

Зазвенел будильник. Три часа. Пора вставать. Тело ноет. Ещё чуть-чуть … Всё. Встаю … Чёрт возьми. Почему стрелки показывают шесть … Проспал! Надо же. Три часа пролетели, как одно мгновение. Всё. Теперь весь день
кувырком … Проспал самые «сладкие» часы, когда можно было сочинить несколько страниц новой повести. Та-а-ак. Теперь осталось время только на немецкий, будь он проклят. Наверное, из-за ненависти к этому языку, меня и
тянет писать об Отечественной войне. Как только люди умудряются механически запоминать слова! Вон, у Лены, это здорово получается. Лена … Сегодня опять прикоснусь к её телу … и будем трахаться, как кролики. Странно… уверен, что не люблю её, а тело противится разуму и предаёт меня почти каждый день … и, даже, по несколько раз… Почти никогда не думаю о ней, а стоит дотронуться … и всё … мысли исчезают, и остаётся только прекрасное девичье тело…
Нина Морозова … Вот кто занимает моё сердце, уже почти два года. Красивая, гордая, неприступная – она поразила меня своим строгим очарованием в первый же день учебы в институте. Мы собрались после занятий в «общаге», чтобы отметить начало «процесса». Я пригласил Нину потанцевать, и осторожно прижал к себе. Она почувствовала моё напряжение и решительно, но, почти незаметно, отстранилась от меня. Второй раз танцевать со мной она уже не пошла, на следующей «вечеринке» тоже. С тех пор она со мной не разговаривает, а я потерял интерес к студенческим «сборищам». Возненавидел всех ребят из нашей группы за то, что с ними она приветлива и общительна. Стараюсь изо всех сил скрыть эту ненависть, но ребята, всё равно, чувствуют и со мной разговаривают только на учебные темы. Наверное, и этих разговоров бы не было, но, по всем предметам, кроме немецкого, мои показатели хорошие и, даже, отличные и у меня часто списывают различные задания. Вполне доволен таким положением дел, тем более, что в спортивной группе обстановка совсем другая. Я занимаюсь плаванием и являюсь единственным человеком на «потоке», который «работает под кандидата в мастера». Конечно, мне во всём почёт и уважение и наш преподаватель, «Семёныч», не оставляет надежды, что я до окончания второго курса смогу улучшить результат. Но это — вряд ли, учитывая мои отношения с Леной.
Она, кстати, неплохо плавает.
В первый день учёбы, она была поставлена мной на второе место, после Нины. Удивляюсь на себя — почему на второе? Лена во всех отношениях более привлекательна. Очень, очень симпатичная, даже, можно сказать, красивая, женственная, весёлая, остроумная … Казалось бы, в неё можно влюбиться с первого взгляда, а в сердце запала Нина Морозова. Наверное, с самого начала, меня «тормознуло», в отношении к Лене, то, что она дочка очень богатых людей, а я парень с рабоче-крестьянским происхождением. Знаю, как богатенькие девочки относятся к ребятам типа меня, поэтому, инстинктивно, сразу исключил эту девушку из зоны своего внимания.
На втором курсе, после зимней сессии, двух девушек с нашего «потока», отчислили за неуспеваемость, и к нам пришли парни с коммерческого отделения. Одним из них — был Виталик. С ним я плавал в «Спартаке», до одиннадцатого класса. Потом я ушёл из спорта, и весь год, до окончания школы, занимался, как проклятый, чтобы поступить в институт. Поставленную задачу я выполнил, и вот, опять встретился с ним. Он устроил вечеринку в «общаге», по случаю перехода, и я не мог не пойти. Там встретил Лену. Она пригласила меня на «белый танец» и сама прижалась ко мне. Мой организм мгновенно прореагировал, и конечно, Лена это почувствовала. «Пойдём, поговорим» — сказала она и мы вышли в коридор. Лена шагнула ко мне и … наши губы встретились. Тогда я впервые понял, что значит выражение – «земля уходит из-под ног». Мы пошли в какую-то комнату и любили друг друга … Через два дня Лена, таинственным шёпотом, сообщила, что знает одну очень симпатичную «каморку» на чердаке основного здания института. И «процесс пошёл» …
Всё. Забыл. Теперь нужно заняться немецким. Перевести текст, просто, поможет компьютерная программа, а вот, как запомнить тридцать новых слов? Один «хвост» по теме: «Научный работник», уже есть, и «Зинаида» вдоволь поизмывается, прежде чем поставит «зачёт». Если, в пятницу, опять «пролечу», то перед сессией у меня будет куча проблем. Сессия … Семь экзаменов. Свихнуться можно. Но, это в последний раз. Говорят, что с третьего курса, больше пяти уже не будет. Так что, надо любой ценой пережить этот семестр, а дальше … лето, стройотряд … всё … переключился на немецкий …

Хорошо ехать в трамвае. До института он идёт минут сорок, так что можно полчасика поспать, и на обратном пути тоже. Ночной сон – четыре часа, с одиннадцати до трех. Пять часов – теоретически нормально, но видно, мой организм так не считает и вот сегодня взял своё. Чёрт возьми, так хотелось продолжить повесть … Эти несколько утренних часов, наверное, самые замечательные часы, в течении дня. Обожаю перемещаться в образы своих
героев. Наверное, такое же чувство у артистов, недаром такие конкурсы в театральные институты. За последние годы я мысленно побывал маленьким беспризорником, военным лётчиком, танкистом, врачом, сорокалетним мужчиной и, даже, толстой женщиной. Последний опыт, был явно неудачным, но, очень интересным. Все-таки женщины – это другая вселенная, и только очень, очень талантливым мужчинам, таким как Толстой и Куприн, удаётся почувствовать их мироощущения. Мне, видимо, не дано. Пока. …

Ёлки-палки! Чуть не проспал. Хорошо, что у метро выходит так много народу и топот ног действует, как звонок будильника. Выхожу из трамвая и вижу Лену.
— Привет. Я соскучилась.
— Я тоже рад тебя видеть.
Мы поднимаемся по лестнице и спокойно проходим этаж с нашей лекционной аудиторией. Наша цель – чердак.
— Хотелось бы услышать от тебя, что ты очень скучал обо мне.
— Я так и сказал.
— Нет. Ты сказал по-другому … к сожалению. Я хотела с тобой поговорить …
— О чём?
— Потом …
Дверь «каморки» захлопывается за нами и …
— Серёженька … давай сегодня без «резинки» …
— Могут быть неприятности …
— Я хочу этих неприятностей …
— А я – нет …
— Ладно … как скажешь …
……………………………………………………………
Потом Лена села на колени, лицом ко мне, и стала внимательно разглядывать меня.
— Леночка, ты явно хочешь что-то сказать.
— Да … хочу, … но мне … не хватает решимости.
Мои руки блуждают под расстёгнутым лифчиком. Лена закрывает глаза и говорит срывающимся шёпотом:
— Я … не могу, больше терпеть … пожалуйста …
……………………………………………………………….
Обожаю наблюдать, как Лена приводит себя в порядок. Каждое движение очень красиво и женственно. Она очень похожа на кошечку … У меня опять появляется желание. Всё это написано на моём лице и Лена, еле заметно, улыбается.
— Послушай меня пожалуйста и не перебивай … Я хочу от тебя ребёнка … Прошу тебя … не перебивай. Мне трудно было решиться на этот разговор … У тебя не будет никаких проблем …
— Леночка … Я люблю другую девушку … Мне казалось, что тебя устраивает такой «физиологический секс» …
— Ты слепец, Жаров, просто слепец … О каком «физиологическом сексе» ты говоришь, если мы, уже полгода, «трахаемся, как кролики» почти каждый
день … и по несколько раз. Неужели ты не видишь, что это удивительное и редкое сексуальное влечение …
— Леночка … кроме сексуального влечения, наверное, должна быть и духовная общность, а мы, кроме как о сексе, больше ни о чём не разговариваем …
— Это ты больше ни о чём не разговариваешь, а я боюсь начинать такие разговоры, чтобы случайно чем-то не ранить тебя. Ты не хочешь пустить меня в свой
духовный мир, а я догадываюсь, что он богат … и почти уверена, что ты пишешь стихи …
— Прозу …
— Я так и знала, что ты связан с литературой …
— Это, всего лишь графоманство …
— Не в этом дело … важно, что ты хочешь вырваться из повседневности … А твоя любовь к Морозовой … да, да – я знаю, кем ты болеешь … так вот … я думаю … почти уверена … что эта любовь пройдет, стоит тебе однажды
испытать близость с ней … Я, даже, хотела устроить вам встречу … но, мне не хватило силы воли. Убеждена, что у вас не будет сексуальной гармонии. Я вообще сомневаюсь, что она испытывает влечение к мужчинам. Раньше я не верила в магию имён и фамилий, но здесь … Морозова и Жаров … лёд и пламень … Ладно, это твоё личное дело. Я прошу тебя только о сыне …
— Вообще-то мне хотелось бы дочку …
Чёрт, чёрт, чёрт … Что я говорю? Определённо, в присутствии этой девчонки у меня мозги перемещаются в область ниже пояса. Во взгляде Лены удивление и радость.
— Извини, я случайно оговорился …
— Мне очень понравилось, как ты «случайно оговорился». Мне почему-то казалось, что первым у нас будет мальчик, но я обещаю тебе, что нарожаю тебе девочек … сколько ты захочешь.
У меня перехватывает дыхание и я не могу вымолвить ни слова. Мы молчим некоторое время, а потом Лена говорит
— Нам нужно идти на физкультуру. Помоги мне, пожалуйста, застегнуть лифчик.
Я дрожащими руками, еле-еле, выполняю эту задачу. Лена, конечно, это чувствует, а я боюсь посмотреть на неё. Сколько раз с этого момента мы начинали процесс, обратный одеванию … Я уверен, что в глазах Лены скачут весёлые чертики. С трудом поднимаю взгляд до уровня губ и замираю. Господи, как же хочется к ним прикоснуться … Пауза затягивается … Лена подходит ко мне, касается прохладной ладошкой одной щеки и целует в другую.
— Я буду ждать твоего решения …

В бассейне почувствовал, что со мной творится что-то ненормальное. Я стал воспринимать окружающий мир с фокусом на Лену. Всё кругом размыто, и только Лена видна ясно, ясно. Плыву на спине и вижу, как Лена выходит из воды, чтобы отработать старт с тумбочки. Как изящны её движения, а тело … кстати, никогда не видел Лену полностью обнажённой … Представляю, какое это восхитительное зрелище … Может быть, такой возможности и не представится. От этой мысли становится тоскливо … Странно, за эти полдня, я думаю о Лене больше, чем за все последние полгода … Странно …

Эта лекция по «термеху» меня просто раздражает. Как только позволяют преподавать людям с такой дикцией. Я записываю только формулы, без каких-либо пояснений. Перед вторым часом, выхожу в коридор прогуляться, а по возвращению, вижу у себя на скамейке листочки, написанные под «копирку» с лекцией первой «пары». Ниночка … Я так и разделяю двух «Нин»: моя мучительница – «Нина» Морозова и добрая толстая девушка, тайно влюблённая в меня — «Ниночка» Яковлева. Я ищу её глазами и театральным жестом показываю, что снимаю шляпу. Ниночка улыбается и машет рукой – дескать, ерунда. Никогда не просил это милое создание писать для меня копию лекции, но Ниночка всегда … Бедная девочка, как же мне тебя отблагодарить … Впрочем, знаю как, но, никогда не смогу так поступить. Я сделаю по-другому. Напишу повесть о доброй толстой девушке, которая, после долгих мучений находит своё счастье … Если есть магия имён и фамилий, а Лена сегодня это убедительно доказала, то почему бы не быть магии литературных героев. Буду надеяться, что судьба Ниночки, в ближайшее время, круто изменится в лучшую сторону … Дай Бог, чтобы всё так и произошло … О-о-хо-хо, если бы в жизни было всё так просто …

Ну вот, наконец-то, последняя лекция и мой любимый преподаватель. Слово «любимый», носит совсем не платонический оттенок. Лекцию читает прекрасный преподаватель и очень, очень сексуальная женщина. Мы зовём её просто – «Татьяна». Ей около сорока, но выглядит она … Короче, если бы такая женщина захотела, то двадцатилетние ребята ходили бы за ней табуном. Уверен, что Лена в сорок лет будет выглядеть не хуже. Пытаюсь представит её в сорок лет … нет, не получается … Как тихо … Поднимаю глаза и вижу, что «Татьяна» и все ребята смотрят на меня … Пытаюсь сообразить – в чём дело.
— Извините, Татьяна Николаевна, я не расслышал ваш вопрос.
— Я не задавала вопросов. Просто поразилась вашему отсутствующему виду. Всегда восхищалась умению некоторых людей вот так, «по-английски», уйти
из шумного общества, физически оставаясь как бы в нём.
Я медленно покрываюсь краской и не знаю, что сказать.
— Немного обидно, что вы мысленно отсутствуете на моей лекции, но, уверена, что для этого у вас есть веские причины. Так, продолжим работу.
Я смотрю в направлении, где сидит Лена и встречаю сразу два взгляда: Нины — строгий и осуждающий, и Лены — нежный и ласковый. Моё сердце на мгновение
останавливается, а потом начинает бешено биться. С огромным трудом отвожу взгляд от Лены и натыкаюсь на понимающие, полные слёз глаза Ниночки …

Опять трамвай. Сегодня вечером запишу немецкие слова и тему: «Поездка за границу», на магнитофон и поставлю на «автомат», с временем включения – 00.00 часов.
До трёх утра он будет «долбить по-немецки». Говорят, что это здорово помогает, при изучении иностранного языка …

Лежу в постели. Засыпаю. Последнее, что удаётся вспомнить – два взгляда: строгий – Нины и нежный и ласковый — Лены … Лена … Леночка …