…Вставало солнце. Весенний рассвет озарил высокий бетонный забор с колючей проволокой. У металлических ворот, между бетонными блоками, выложенными в шахматном порядке для затруднения подъезда, лежал маленький рыжий котёнок. На воротах красовалась звезда, когда-то красная, но теперь побледневшая, невзрачная и малозаметная. Над ней было большими чёрными буквами написано: «Запретная зона! Въезд запрещён!» За воротами стоял худой молоденький часовой с автоматом в руках и стареньком выцветшем камуфляже. Его несчастный вид напоминал больше узника концлагеря, чем хорошего воина, прекрасно обученного, отлично снаряжённого и готового отдать жизнь за свою Родину. Когда-то давно звезду на воротах было видно очень хорошо, а по взгляду одетого в новую форму охранника становилось ясно, что он – солдат великой армии. В те времена на этот объект часто приезжали какие-то учёные, генералы и даже члены правительства, несмотря на то, что располагался он в глубинке, на юге страны. Сейчас всё было в запустении. Подсознательно солдат не понимал зачем вообще охранять то, что стало никому не нужным, а при таком настрое он просто не мог хорошо исполнять свой долг. Но разве в этом был виноват он?..
Сегодня рассвет был холодным. Вообще, тепла и солнца в этом году почти не было, хотя это был юг, а уже две недели назад явился апрель. Вот и сегодня в небе уже начали появляться серые тучи. Рыжий котёнок встал, потянулся и сел на асфальт. Он тоже хотел тепла. Тепла и пищи. Жалобно оглядевшись по сторонам, котёнок пошёл вдоль серого забора.
В нескольких кварталах от секретного объекта жила девушка шестнадцати лет. Её звали Анна, её отец погиб в Чечне, ещё в первую войну, а мать работала врачом на скорой помощи – стареньком «УАЗе», деньги на ремонт которого в последний раз выделяли ещё до перестройки. Перед кроватью на тумбочке стояла фотография улыбающегося отца в ОМОНовской форме. Мамы дома не было, она ещё не вернулась с ночной смены. Из-за каких-то переносов выходных и рабочих идти в школу было не надо три дня подряд, но Аня проснулась в полседьмого утра. Ей приснился какой-то плохой сон, но – вот удивительно! – едва пристав с постели, она напрочь забыла даже примерное его содержание, хотя несколько минут назад он сильно её напугал. Такие уж они, эти сны. Хотя, иногда оно бывает и к лучшему… Можно было снова лечь спать, но уже не хотелось. Вскоре должна была приехать мама. Анна почувствовала, что в квартире как-то неуютно и, может быть, немного холодно. Во всяком случае, чего-то не хватало, причём девушка сама не знала чего именно, это ощущение исходило как бы из глубины души.
Прошло несколько часов, когда из серого с черными вставками неба, упали первые за сегодня капли дождя. Аня шла с зонтиком из магазина. Сейчас она проходила мимо здания местной администрации, на котором одиноко висел мокрый триколор. Возле этого учреждения стояло несколько чёрных «Бумеров» и «Мерседесов», а также пара каких-то джипов и несколько милицейских «Daewoo». Проезд по этому кварталу был запрещён, по обеим сторонам висел «кирпич». За красивой стеклянной дверью, отделяющей учреждение от остального мира, стоял двухметровый охранник в дорогом чёрном костюме и белоснежной рубашке. Там, за этой прозрачной дверью, начиналась другая жизнь. Аня почему-то вздохнула и о чём-то задумалась.
Рыжий котёнок сидел в подъезде дома неподалёку от военного объекта. Животное пережидало очередной дождь. Дверь на первом этаже открылась, и из неё вышел восемнадцатилетний парень. Посмотрев на котёнка, он улыбнулся и решил вынести созданию что-нибудь поесть, если котёнок не уйдёт до его возвращения. Но вряд ли мурлыка покинул бы подъезд до окончания дождя, ведь кошки очень не любят воду. Вероятность же того, что дождь закончится до возвращения юноши, была ещё меньше. Парень (а звали его Дмитрий) поднялся на четвёртый этаж и позвонил в дверь. Дома никого не было. «Странно, – подумал Дима – В такую погоду обычно дома сидят.» Спустившись назад и обнаружив котёнка на прежнем месте, он открыл свою дверь и пошёл на кухню посмотреть что можно дать животному поесть.
А в квартале от Диминого дома стоял под дождём часовой. Он был обычным солдатом-срочником, служившим первый год. По дороге мимо ворот пронеслась милицейская иномарка с мигалкой, за ней ехала чёрная семёрка BMW и два дорогих джипа – видимо, как раз эти машины стояли недавно возле городской администрации. Скорость колонны была не меньше ста километров в час, несмотря на ограничение в сорок. От проехавших по луже внедорожников разлетелись фонтаны брызг, окатив чей-то «Жигуль», испуганно прижавшийся к обочине.
Через какое-то время наступил вечер. Дождь перестал, но немного туч ещё осталось. Дмитрий шёл по улице. Он был у друга и теперь направлялся домой. Проходя мимо серого забора с колючей проволокой, он задумался о том, что может быть там, с другой стороны. Конечно, любопытство по этому поводу одолевало его далеко не в первый раз. Ещё лет с четырёх он пытался догадаться что это может быть. С годами это желание постепенно слабело, а потом почти забылось и появлялось только тогда, когда он проходил мимо. Его друзьям тоже было бы небезынтересно узнать что скрывается за воротами. Да что там, любой человек, впервые оказавшийся перед входом, на минутку задумывался. Скорей всего, если бы не надпись «Запретная зона», никакого интереса в людях этот объект бы не вызывал. А так некоторые даже хотели поспорить с друзьями, что могут перелезть через забор, осмотреться и вернуться назад. Может быть, несколько таких «шпионов» нашлось, но так ли это и, если да, что с ними случилось, и что они там видели неизвестно. Дима был уже у ворот, когда вдруг увидел девушку, которая шла ему навстречу. Её прямые светлые волосы опускались чуть ниже плеч, а самые их кончики были окрашены в чёрный. Черты её лица были… С точки зрения Дмитрия идеальными (абсолютного идеала, как известно, не существует, ведь у каждого свой вкус). Под джинсовым костюмом проглядывалась хорошая фигура, в общем, как сказал бы химик, атомы сложились очень удачно. Но что-то было в ней такое, чего Дима не видел больше ни в ком. Он и сам бы не мог объяснить, что это за ощущение, но, что оно было, это точно. Может быть, ответ на вопрос «что это такое?» скрывался в зоне, недоступной для разума и логики…
…Аня шла по улице мимо забора, за которым находился какой-то военный объект. В руке у неё была недорогая золотая серёжка, на которой сломалась застёжка. Около железных ворот она увидела симпатичного паренька в кожаной куртке и тёмных джинсах. Её взгляд мельком скользнул по нём, и она вдруг ясно ощутила какое-то волнение. Она почему-то ясно представила себя рядом с ним в каком-то красивом месте на берегу тёплого моря, где больше никого не было. Конечно, Аня и раньше заглядывалась на красивых мальчишек, но такого она раньше не испытывала. Немного растерянная девушка сделала ещё несколько шагов и случайно уронила серёжку.
Дима поднял золотое украшение и отдал его хозяйке. Та сказала «Спасибо» и они случайно заглянули друг другу в глаза. Аня улыбнулась и пояснила: «Мне отец на день рождения подарил… Это как память…» – девушке стало грустно, когда она вспомнила погибшего отца. «Пожалуйста, – ответил Дима – Только больше не теряй!»
–Не буду… – Аня грустно улыбнулась.
Через пару минут новые знакомые шли по улице. Несмотря на то, что они жили недалеко друг от друга, они увидели друг друга в первый раз. Такое иногда случается: люди впервые видят друг друга, знакомятся, а потом оказывается, что они живут в одном районе, и что у них общие интересы.
Вскоре они сидели на лавочке перед Аниным подъездом и разговаривали. На солнце опять набежали тучи, стало довольно прохладно. Аня придвинулась чуть ближе к парню. Может быть просто потому, что ей инстинктивно хотелось тепла. Она снова представила себя на чистом песочном пляже, где-нибудь на Канарских островах. В реальности эти острова были для неё гораздо более недоступны, чем охраняемый военный объект, находившийся неподалёку. Никакого запрета тут не было, ведь в стране существует свобода передвижения, но попробуйте передвинуться куда-нибудь, имея в месяц три тысячи рублей. Вообще, Анна ещё с четырёх-пяти лет хотела отправиться куда-нибудь, где всегда тепло и очень красиво, а каждым утром, в ласковом тепле лучей пробуждающегося солнца, к берегу подходят дельфины. Но с возрастом планы незаметно превращались в надежды, надежды в мечты, а мечты постепенно начинали казаться чем-то нереальным, невозможным, чем-то находящимся за невидимой гранью, в какой-то запретной зоне…
…Через полчаса друзья расстались. Уходя, Дима оглянулся и ещё раз взглянул на девушку. Заходя в подъезд, она стряхнула с джинсов какую-то пылинку, проведя ладонью по бедру. А потом, ночью, Дима видел Аню во сне. Самой же девушке приснился сон, который она видела уже много раз – прекрасный сад со странными деревьями, на каждом из которых росло сразу несколько видов фруктов. Под одним из них стоял её отец с улыбкой на лице. Затем картинка сменилась. Как в своих мечтах, Аня стояла на песчаном пляже, впереди было спокойное море, освещённое красным закатом, разлившемся с небес. Только в этот раз, девушка была на берегу не одна. Но, кто был с ней, она так и не поняла, или, может быть, просто забыла утром…
Следующий день выдался чуть теплее, чем прошедшие, да и туч на небе почти не было. Рыжий котёнок лежал на бетонном блоке у «запретных» ворот и наслаждался солнцем. Часовой был уже другой, он не был столь жалким, как вчерашний. Даже бледную звезду на воротах было почему-то видно чуть лучше. Аня проснулась без двадцати десять с улыбкой на лице. Настроение было хорошим. Возникло желание что-нибудь изменить, хотя бы обстановку в комнате. Во всяком случае, сегодня не хотелось скучать и сидеть дома.
Прошло несколько часов. Аня шла с Димой по улице. Город заметно оживился, как бы чувствуя, что с этого дня начнет, наконец, теплеть. Что-то вокруг неуловимо изменилось. Изменилось в лучшую сторону. Хотя, может быть, изменения произошли вовсе не вне, а внутри, просто девушка не понимала, что изменилось не всё, а лишь она одна. Проходя мимо супермаркета, Дима засмотрелся на красивый «Мерседес», стоявший возле заведения. Парень мог дотронуться до него рукой, так близко (на поверхностный взгляд) он стоял. У Димы возникло странное ощущение, что что-то в этой жизни неправильно. Явно, что-то надо было менять, но самый сложный вопрос– это, как обычно, не «что», а «как».
Ребята постепенно вышли в центр города. Всё чаще стали попадаться различные киоски. Неподалёку слышалась музыка, исходящая из какого-то кафе. На другой стороне улице был ювелирный магазин– небольшое здание с красивой вывеской, прекрасным содержимым, а также красивыми ажурными, но очень крепкими стальными решётками на окнах. Когда друзья проходили мимо книжного магазина, Дима мельком осмотрел витрину. На ней были аккуратным рядком выложены несколько сказок, справочник школьника, «Настольная книга автомобилиста», Кама-сутра, энциклопедия выживания, небольшая книга «Как быстро стать миллионером» и ещё какие-то издания. Самой заметной почему-то казалось толстая бордовая книга, на которой золотыми буквами было написано «Уголовный кодекс Российской Федерации». «Кодекс» лежал рядом с книгой для желающих быстро стать миллионерами. Заметив это, Дима с Аней улыбнулись, и девушка спросила: «Может быть, там написано действительно что-нибудь полезное?»
– Где? – засмеялся Дима – В уголовном кодексе?
– Нет, в этой…
– Если бы можно было разбогатеть с помощью книжки за тридцать рублей, все бы давно были миллионерами!
– Но, может быть, хоть какие идеи там есть?
– Не думаю что в мир, где все ездят на иномарках, так легко попасть.
Аня замолчала. «А может быть, – подумала она – Всё это не так уж и важно?..»
Вечером у забора возле секретного объекта показались двое бедно одетых мужчин. Оба были подвыпившие, что, впрочем, было для них обычным состоянием. Они жили в другой части города, а сюда забрели просто так.
–Слышь, – сказал один из них – А что это такое?
–Что «что»?
–Ну, эта, блин… «Запретная зона» вона написано. Там что?
–А я откуда знаю?! Я думаю там ядерные пусковые установки.
–А мне кажется сверхсекретная лаборатория! А сейчас спросим, – любопытный подошёл к воротам и обратился к часовому – Слушай, браток, а что там у тебя? Мы никому не скажем, зуб даю!
Солдат посмотрел на мужчину и отвернулся.
–Э, ну ты что… Ну и ладно, иди ты!.. – мужчина махнул рукой и, немного отойдя от ворот сказал: «А спорим на бутылку, я сегодня ночью через забор перелезу и посмотрю что там?»
–Спорим!!! Хрен ты туда…
–А вот посмотришь!
Ночью рыжий котёнок мирно спал в подъезде какого-то дома. Серый забор, освещённый бледным светом недавно рождённой Луны выглядел немного странно для тех, кто привык видеть его днём. Город был окутан ночью, его большая часть спала. Уличные фонари в час ночи обычно выключали. Искусственный свет исходил только из фар редких автомобилей. Да ещё был освещён тот маленький район города, единственный въезд в который перекрывался шлагбаумом. Там было светло почти всегда, хотя жильцов там было довольно мало. Электрический свет фонарей озарял их красивые большие особняки и несколько машин, которые некоторые почему-то не убрали в подземные гаражи, а оставили во дворе – открытым небом стояли Audi A6, «Гелендваген», Jeep Grand Cherokee и ещё пара автомобилей из аналогичной ценовой категории. Видимо, освещение специально делали то ли для инопланетян, пролетающих над городом в своих тарелках, то ли для вражеских спутников-шпионов– чтобы им было видно только самую дорогую зону города. Но, может быть, была и другая причина, по которой свет в маленьком районе не выключали…
…У серого забора тихо разговаривали двое мужчин, один из которых держал в руках старое одеяло. Судя по голосу, они были немного пьяными. Потом один из них махнул рукой, подошёл к забору и, перекрестившись, набросил на него одеяло, закрыв колючую проволоку. Потом он подпрыгнул и зацепился за край руками. Кряхтя и вспоминая чью-то маму, человек подтянулся и вдруг свалился с забора. Но упал он по ту сторону. С земли он решил не вставать, чтобы его никто не заметил. В темноте были заметны контуры какого-то здания. Ещё одно, поменьше, просматривалась левее. Больше ничего рассмотреть было нельзя. «Шпион» благополучно забрался обратно на забор, как вдруг услышал крик: «Стой, стрелять буду!» Любопытный одним махом оказался на улице. Раздалась очередь в воздух, чьи-то крики и ещё какие-то звуки. Оба собутыльника со всей своей скоростью неслись по улице прочь от объекта.
На следующий день, который наконец-то был совсем тёплым и абсолютно не пасмурным, рыжий котёнок нежился в тёплых лучах долгожданного солнца. По его мордочке можно было заметить, что он очень доволен. Один из жильцов ближайшего дома вынес во двор несколько маленьких пескариков с душком, который так любят кошки. Наевшись, пушистое создание поигралось с какой-то веточкой и легло в тепле спать, а больше ему для счастья ничего и не требовалось. А где-то в другом районе в небольшой квартире пили водку десять мужиков, один из которых с огромной гордостью рассказывал, что был «там» – в запретной зоне. Он сказал, что видел там огромное здание, которое охраняли несколько танков и рота спецназа. Из здания, по его словам, исходил какой-то странный запах и слышались какие-то звуки – конечно, здание было лабораторией, в которой проводились сверхсекретные опыты. Свой рассказ «герой» закончил предложением выпить за российскую оборону.
В городе был небольшой сквер. Он был создан в память погибших в Афгане. В его центре на невысоком постаменте стоял БТР-70 с пробитым снарядом боком. Прожжённое в броне отверстие было обведено красным кружком. Почему-то у всех, подходивших к отвоевавшему своё бэтэру, возникало какое-то странное ощущение, некоторым даже становилось плохо. Раньше у машины почти всегда лежали цветы, а теперь возле большого колеса стояла пивная бутылка. Подошёл, прихрамывая на одну ногу, бомж, подобрал её и, допив оставшиеся капли, спрятал в пакет. Потом бродяга посмотрел на БТР, вздохнул и легонько постучал по броне кулаком. На глазах у бездомного появились слёзы. Когда-то он сам ездил в таких машинах, но потом был сильно ранен и отправлен в запас. Лет десять назад его квартиру забрали какие-то мошенники. Снова вспомнив своё прошлое, бомж смахнул грязь с красной звёздочки на борту бронетранспортёра и пошёл искать пустые бутылки, которых в сквере было обычно довольно много. Услышав на дороге возле сквера визг тормозов, бомж обернулся и увидел «Land Cruiser» с блатными номерами, пронёсшийся на красный свет. Тормозил «Москвич», собиравшийся мирно проехать на зелёный и чуть не попавший под джип…
Дима всего этого не замечал. Они с Аней сидели в сквере на лавочке и о чём-то разговаривали. Подул не сильный, но прохладный северный ветер. Дмитрий осторожно обнял девушку за талию. Она сначала хотела… Нет, правильней сказать она сначала думала, что хочет убрать его руку, но потом поняла, что на самом деле ей этого не хотелось. Так бывает, что человек упорно не желает чего-то сделать, а потом оказывается, что он этого давно хотел, просто боялся себе в этом признаться. Вообще, следует ли бояться своих желаний? Это каждый должен решить сам, но в конечном итоге мало кто может спрятаться от самого себя. Между прочим, чётко знать чего ты хочешь обычно необходимо для исполнения мечты. «А почему бы и нет?»– подумала девушка, прижимаясь к Диме. Положив голову ему на плечо, она расслабилась и впервые за несколько лет почувствовала, что всё есть и будет хорошо. Ей стало как-то спокойно. «Кажется, я в него влюбилась,» – мелькнуло у Ани в голове. Ветер стал холоднее и подул сильнее, словно стараясь обратить на себя внимание, чего девушка делать никак не желала. Ей не хотелось замечать холод, врезавшийся в прогретое солнцем пространство, как когда-то пуля снайпера в горячее сердце её отца. Вообще, холодный ветер явно не вписывался в тёплый и ясный день, как не вписывается серый булыжник в витрину ювелирного магазина, заполненную прекрасными и очень дорогими самоцветами. В каком-то смысле у ветра был выбор – попытаться изменить всё вокруг, нагнав грозовые тучи и превратившись в ураган, или же измениться самому, превратившись в лёгкий тёплый ветерок. Побоявшись не справится с ласковым и приятным, но мощным весенним солнцем, он постепенно утих, лишь иногда вздыхая порывами о поражении.
На закате Дима с Анной проходили мимо тех ворот, где они впервые встретились. Мимо них проехали два автомобиля – навороченная ВАЗовская «Копейка» и серебристый Opel Omega. На «Жигулях» были огромное антикрыло на багажнике, несколько ярких наклеек на капоте и обоих боках и фаркоп от «Восьмёрки». Водитель гнал машину на предельных оборотах с утопленным газом, из-за чего мотор машины очень сильно ревел. Сквозь этот рёв был слышна громкая музыка в салоне. «Опель» выглядел намного попроще – скромная, поблёскивающая «металликом» окраска кузова, практически бесшумная работа мощного V6 под капотом и отсутствие каких-либо бутафорских атрибутов, типа спойлера и антикрыла. Не тихую, в общем-то, музыку тоже было почти не слышно из-за отличной шумоизоляции. Несколько мальчишек, стоящих на тротуаре, с лёгкой завистью посмотрели на «Копейку», даже не заметив иномарку, передвигающуюся, словно тень. В какой момент её водителю надоело смотреть на облепленный всякими глупостями «Жигуль» и он, сделав лёгкое движение рулём, плавно нажал газ до конца. «Омега» мгновенным броском обошла ВАЗ и скрылась из виду. Молодой парень, сидевший за рулём последнего, стал подгонять машину ещё больше, пытаясь догнать иномарку. Наблюдавший всё это Дима засмеялся.
Через какое-то время они сидели у Ани дома. Она рассказывала гостю какой-то забавный случай из своей жизни. Он молча сидел рядом и не отрываясь смотрел на неё. На джинсовой рубашке слегка блестел замок-молния. Почему-то он казался самой заметной деталью её одежды, может быть как раз из-за этого лёгкого блеска. Закончив говорить, она посмотрела на Диму. Их взгляды встретились. Дима взял её за руку. Аня почувствовала тепло. Она придвинулась ближе и обняла его. Парень положил руку ей на колено. Девушке было всё равно что будет дальше, ей только хотелось чтобы ощущение тепла не уходило. В тот момент, когда они целовались, стало даже жарко. Возможно, именно из-за жары она не возразила, когда Дима немного расстегнул замок на её рубашке – ведь одежда нужна для того, чтобы защищать от холода. Но, словно на морозе, появилась дрожь во всём теле. В общем, ощущения были яркими и необычными…
…Аня стояла у красивых ворот. Вокруг всё было каким-то голубым, как будто она находилась на небе. Из-за ворот проглядывали верхушки неземной красоты деревьев. Неожиданно ворота приоткрылись и из них вышел мужчина. Взглянув на него, Аня вздрогнула: это был её отец. Только одет он был в легчайший светлый костюм, и шрам на щеке куда-то исчез. Улыбаясь, он подошёл к ней и сказал:
– Здравствуй, Аня.
– Здравствуй… А как… – она хотела обнять его, но рука прошла сквозь, словно через луч света.
– Мне тут хорошо,– сказал папа– Я знаю, вам трудно, но довольно скоро всё наладится, вот увидишь! Поверь, я не хотел уходить, но это решаем не мы. Но отсюда видно всё. И будущее в том числе. На самом деле никаких границ нет. Мне запретили рассказывать много, но я могу сказать, что у тебя всё будет действительно хорошо– и в здоровье, и с деньгами, и в любви.
– Пап, я… Понимаешь…
– Ну и что? – отец пожал плечами – Ты же у меня уже взрослая. Но извини, мне пора идти.– он развернулся и шагнул к воротам.
Аня резко открыла глаза. Она лежала на диване. Дима лежал рядом. Было четыре часа… Для кого уже утра, для кого ещё ночи. Она вспомнила слова отца: «Всё будет действительно хорошо»…
… Мама вернулась с ночной смены позже обычного и в непривычно хорошем настроении. «Знаешь, дочка,– с порога начала она– В нашем городе открывается частная клиника. Нам сегодня главврач сказал. Так вот, меня порекомендовали предпринимателю, чтобы он взял меня на работу! Скоро всё изменится – и работать буду в человеческих условиях, и получать нормально!»
