Зубы

-Уауауауауауаауууууууууууууууууу!!!!!!!!!!! — взвыл посетитель врачевальни.
— Терпи, казак. Атаманом будешь! — бесчувственно и не к месту посоветовал Игнат Ипполитович, не вытаскивая затёртой до откровенных шероховатостей руки из, собственно, места врачевания.
— А вы точно умеете это делать? – настырно и слишком уж подозрительно интересовался пациент.
— Закрой рот! – заорал вдруг взбесившийся доктор, — то есть, конечно, закрывать не нужно, — продолжил он, быстро просчитав всё в голове и сделав выводы, — но помолчать не помешало бы, – совсем уж смягчился доктор.
Пациент от неожиданно поменявшегося тона голоса врача в страхе щёлкнул зубами, да так резво, что на этот раз взвыл Игнат Ипполитович:
-Уауауауауааааааааааааааааааааааааа!!!!!!!! Руку отпусти, мерзавец!
-Ах, да. Доктор, простите, — пациент со скрежетом разомкнул зубы.
Игнат Ипполитович посмотрел на распухшие и посиневшие пальцы, сверкнул злобными глазами в сторону пациента, но предусмотрительно не решился ставить под удар собственную репутацию. И посему продолжил, помалкивая и попыхивая, аки труженик советского предприятия, не гнушаясь абсолютно и не ропща.
Через несколько ничего не меняющих — в расстановке сил и тел врача и пациента – минут, гость решил продолжить.
— Скажите, а давно вы заканчивали стоматологические курсы?
— Не было таких, не знаю.
— Ммм, ну а кружок юных стоматологов-то уж наверняка посещали, — не унимался гость.
— Не посещал никаких кружков. Я профессионал, — гордо выпятил грудь вперёд доктор.
Посетитель уж было вздумал обрадоваться профессионализму лечащего врача. Но Игнат Ипполитович предусмотрительно обломал ему всю романтику:
— Знаете, уважаемый. Во времена моей молодости нас, врачей, обучали многогранно. Нас обучали абсолютно всему. И посему врачами все делались такими хорошими. А теперь что – куда не глянь, сплошной непрофессионализм, хоть и учат их строго по специально узко отведённому профилю. А толку-то что? А наш брат!! Вот попробуй обгони нашего брата! Да вот, когда я молодым был, всё по-другому было, не то, что сейчас. А вот мы-то, мы-то, — с этими словами Игнат Ипполитович глубоко вздохнул и вытянул из скупо открытого рта пациента окровавленный зуб, абсолютно не обращая внимания на то, что тот уже давно лежит без сознания от боли.
Зуб полетел в урну за дверью, а Игнат Ипполитович – в кресло к окну, где был развёрнут завёрнутый мундштучок и разложены — заложенные много лет назад в память — факты из жизни.
Замечательных людей.
Не то, что сейчас.