Верцингеториг (равнодушно глядя, на пятившуюся к выходу из зала Эпону)
И, по всему видать, что, ты не отказался,
Решив оставить, по себе «дурную память».
Сложись удачно всё, обвёл бы вокруг пальца
Того, кто раньше, тебе жизнь решил оставить.
В злоумышленьях дядю, сам подозреваю.
Тебе же веры нет, старался ты напрасно.
За сим, все трое приступили к тому краю,
Где само небо не бывает беспристрастным.
Что до меня, то я несчастнейший из смертных,
Но я, мать мщения, на вас не призываю:
Не из желанья показаться милосердным,
А потому что цель моя, совсем иная.
Поскольку замысел раскрыт, он не опасен
Мы это знанье обратим себе на пользу:
(Гаю Туллию)
Рискнуть, своей никчемной жизнью, ты согласен?
Знай, умолять тебя, никто не станет слёзно.
Гай Туллий
Я сознаю, что для меня нет оправданья:
Ни по людским и ни по божественным законам…
Верцингеториг (презрительно усмехаясь)
Прошу избавь меня от стонов с покаяньем:
Я обещал твой труп, сегодня же воронам.
Гай Туллий (побледнев)
Ты над душой моей не властен.
Верцингеториг
Это спорно.
Амхэйринг выучил меня творить заклятья.
Я вырву память о тебе, из сердца с корнем,
Гай Туллий (в сторону)
Поскольку счастлив был, готов теперь страдать я.
(Верцингеторигу)
Что нужно сделать, Галл? В чём смысл предприятья?
Верцингеториг
Ты проведешь меня, сегодня в римский лагерь.
(Арверну, охраняющему вход)
Пусть принесут оружье псов латинян, с платьем.
И, да поможет галлам, всех богов Праматерь!
(Гаю Туллию)
Ты проведёшь меня туда, где будет Цезарь.
Гай Туллий
Мой чин приблизиться к нему не позволяет.
Верцингеториг
Того, кто плод чужой любви, украдкой срезал
Верцингеторигу, в двуличье не наставить.
