«Идут они и видят муки различные — червь неусыпный,
огонь неугасимый и тина невылазная» страшная русская сказка
Неизвестная местность. Подхожу к храму на пригорке.
Спрашиваю у смирного народца, мол, что за Церковь будет?
Отвечают охотно: «Это, прохожий, нева-ажно!!!»
Спрашиваю снова: «Нет уж, позвольте, кого тут исповедуют —
что за религия? А то зайти бы, перекреститься!
Или мимо, неглядя, потопать?»
Отвечают теперь неохотно: «Нет у нас тут религии».
«Эхма!» -говорю — «А что ж у вас тут такое, нев-верные?» —
ашь заикаться начал.
Обиделись, отвечают: «Зайди сам, увидишь. Оно там».
Присмотрелся я к храмине. Мать моя женщина!
Над западным пределом купол с тремя распятиями:
одно по православному канону, другое – по католическому!
А третье — по чёрте-каковски — не знаю даже!
Над восточным пределом статуй понаставили! Несчесть!
Целая толпа народа! Частокол рук и ног.
Кришна, вроде как с Буддой, и ещё, и ещё — да поди их разбери!
Не имею чести знать! А у южных врат крыльцо перекосилось,
стены в копоти, на правой створке Давидова звезда, почему-то,
мелом начертана. На левой створке, — тоже мелом, — стрелка и некрупно:
«Евреям сюда!». Нн-да.
Поднимаю очи, — ёхарный бабай! —
над крыльцом золотом полумесяц оверкиль горит!
А что с северной стороны — не видать.
Тем временем, из южных врат гарью потянуло.
Стал бочком, такскать, храмину обходить.
До северных врат выстлана красная ковровая дорожка в полосатую звёздочку.
Что за хреновина такая! Над северным пределом медведь в бронзе;
морда — с лица вылитый Иосиф Виссарионович!
Усы от Петра Алексеевича, — прости Господи! — Колпак от Деда Мороза.
Лапами и задом крутит-водит: «Джинглбелз, джинглбелз, тра-ля-ля» — егозит.
Интересно, с других подступов полупусто — а тут очередь, как за мочёными яблоками.
Топчутся, номера на запястьях фламастерами рисуют.
Я руками развожу — а у самого нехороший рефлекс на такие дела.
Как заору: «НАРОД, ЧТО ДАЮТ?! За чем давимЪси?!»
Скрутили, в общем, меня — тут как тут три мордоворота — и в храм потащили.
Из замарочья, из закутков звуки какие-то дикие доносятся.
Марши и песнопения, и бряцанье… нешто кассовые аппараты?
По стенам, — как и следовало ожидать, — всё вперемех понавешено.
Портрет Черчилля, наверное, всё-таки по недосмотру попал. Сигару курит.
Ан нет! Чудеса, холст натурально кадит! С одной стороны. С другой — мироточит.
А так всё благопристойно: члены реинкарнированного политбюро, прежнего и нынешнего.
Портрет Хрущёва — в тюрбане — мне даже понравился. Жаль, что репродукция.
Поставили меня трое из ларца у алтаря.
«Попал как кур во щи! Сейчас будет обряд жертвоприношения!»
У алтаря — полутьма, и маленький, незаметный священник.
По всему видно, что священник! Но непонятной ориентации!
Ослобонили меня и рапортуют: «Вот. Хотел. Узнать. Что. Дают! вашес-высоко-преподобие!»
Священник вполоборота, — лица не вижу, — отвечает:
«Ха-ха-ха! Ценности у нас дают! Мил-человек! Традиционные!»
— слышу голос его мне что-то знаком. Я осмелел:
«Безумная этическая и эстетическая эклектика у вас тут, господин любезный.
Бесовщина это получается — а не ценности!»
Он мне, елейно: «А ты, мужик, не хами! Мы и сами обласкать умеем.
Ты разберись для начала. Ведь и церковь у нас такая: ТРАДИЦИОНННЫХ ЦЕННОСТЕЙ»
У меня чавка отвисла: «Как вообще?»
«Угу» — кивает и медленно ко мне поворачивается:
«Всем хватает. Ценностей у нас — от пуза! Тащит народ — отсюда и сюда — по мере надобности!»
В профиль… ну Вы Верно Поняли?! Чувствую, что теряю контроль над собой:
— А РЕЛИГИЯ-то у вас какая?»
— А нет у нас религии!
Мне душно стало, как на дне морском:
— А что же с ней сталось?
— Отмерла-с!
— Когда-с?
— Да-авно-с!
— Ага!
— Ну, да-с! У нас сверх-идея, батенька, и единая духовность масс!
Меня осенило:
— Это что-то — типа ЛОМБАРДА, что ли?!
В сей момент я увидел, как на нас валится огромный алтарь: с щитом и мечом…
В голове аккорд: звон-перезвон! Жетоны сыплются?! Джек-пот-т…
И проснулся!
январь 2005г
——————-
Миниатюра также опубликована (2005-2006гг):
1) на форуме «Мой макинтошь» (Svelt);
2) в издательской интернет-системе «Литсовет» (Ёй Ла);
3) в интернет-журнале «Самиздат».